О чем говорили прокуроры в Казанской ратуше

Самовольный захват береговой полосы, сотни затонувших судов, незаконные сбросы загрязненных стоков в водоемы – эти злободневных темы обсудили на открытом форуме Волжской природоохранной прокуратуры и Прокуратуры Республики Татарстан. Формат открытой дискуссионной площадки прокурорские работники использовали впервые.

В форуме, прошедшем в Казанской городской ратуше, приняли участие прокурор РТ Илдус Нафиков, Волжский межрегиональный природоохранный прокурор Вениамин Селифанов, представители заинтересованных министерств и ведомств, общественных организаций и научного сообщества.

ПРОКУРОРСКИЙ «МАХОВИК» РАСКРУЧИВАЕТСЯ

Купаться в чистых реках, пить качественную воду и без риска для жизни пользоваться природными богатствами Волги – покажите нам, кто этого не хочет! Реальность далека от идеала. Сигналы от общественности идут лавиной: берега захвачены, выхода к водоемам нет либо он ограничен, в реки сливают промышленные отходы. Экологическая обстановка в регионе сложная, а антропогенная нагрузка на водные ресурсы только возрастает. При этом Волжско-Камский бассейн занимает значительную часть территории большинства субъектов, входящих в Приволжский федеральный округ. Достаточно сказать, что здесь сосредоточено 45 процентов промышленного производства и 50 процентов земель сельскохозяйственного назначения России. Высокая концентрация производств и населенных пунктов в бассейне реки привела к тому, что на ПФО приходится около 16 процентов от общего объема выбросов вредных веществ в атмосферный воздух и около 17 процентов сбросов загрязненных сточных вод в поверхностные водные объекты.

– Казанская межрайонная природоохранная прокуратура, – уточнил Вениамин Селифанов, – продолжила в 2016 году работу в новом формате. Так, при участии специалистов контролирующих органов и силами созданных трех оперативных групп проведено рейдовое обследование береговых полос Волги, Камы, Куйбышевского водохранилища, общая протяженность которых составила более 150 км. За одиннадцать дней рейда выявлено более 100 нарушений водного и земельного законодательства. Подавляющая часть (70 процентов от всех выявленных) – факты самовольного захвата береговых полос, размещения заборов, препятствующих доступу к водному объекту, незаконного размещения строений в акватории и береговой полосе водного объекта – совершаются физическими лицами. Одной из причин этих нарушений является отсутствие определенных и установленных на местности границ водных объектов. Министерство экологии и природных ресурсов Республики Татарстан должно активизировать свою работу по определению и установлению границ водоохранных зон и прибрежных защитных полос. По-настоящему этот «маховик» еще не раскручен. Меры принимаются точечно либо в случае какого-то ЧП. У нас пока нет методического масштабного обследования всего побережья Волги. В дальнейшем опыт Татарстана и выработанную здесь технологию собираемся рекомендовать к использованию по всей стране, тем более что грядет объявленный Владимиром Путиным Год экологии.

МИННОЕ ПОЛЕ НА ВОДНОЙ ГЛАДИ

Первый блок «Незаконное (самовольное) занятие береговой полосы» и правовые методы борьбы с «захватчиками» вызвал, пожалуй, самое оживленное обсуждение.

– Журналисты, экологическая общественность часто нас спрашивают, – высказался прокурор РТ Илдус Нафиков, – когда же мы увидим бульдозеры, сносящие вдоль рек и озер незаконные заборы, беседки и бани? Это произойдет! Мы доберемся до каждого. Сейчас прокуратура работает с владельцами домов в Боровом Матюшино, например. Тем самым мы даем сигнал людям, что никакой избирательности в нашей работе не будет. Но я все-таки сторонник методов убеждения, наша задача – добиться добровольного устранения нарушений закона всеми без исключения, а не только карательными и принудительными мерами.

Главная проблема: на всей территории республики у нас до сих пор нет четко зарегистрированной водоохраной границы. Из-за чего и возникают вопросы, которые могут быть разрешены только юридической, в основном судебной, практикой. Например, что делать с объектами, возведенными до принятия в 2007 году Водного кодекса? Нужно ли устанавливать публичный сервитут для земельного участка, который примыкает к водному объекту, для обеспечения права доступа и в какой форме это должно быть сделано? Может ли быть установлена 20-ти метровая зона для тех же лодочных станций, где приоритет – обеспечение сохранности судов? Кто будет следить за порядком и чистотой на береговой линии, которая по факту не является муниципальной (это земли водного фонда), а ближайшего землепользователя мы от воды отогнали? Не получим ли мы еще большие проблемы, в том числе для водоема? Как быть с обрушающимися берегами, там, где через 5-6 лет береговая линия уйдет от юридически установленной? Как обеспечить свободный доступ к воде, если на протяжении километров вся земля находится в собственности или в пользовании, и прохода к 20-метровой полосе нет? Считать ли правонарушением, когда люди вынуждено, но при этом самовольно, на свой страх и риск, укрепляют берега? Таких актуальных вопросов не один десяток. По сути, в области водопользования мы имеем дело с правовым минным полем, по которому мы, правоприменители, вынуждены передвигаться медленно и на ощупь, чтобы не допустить социального или экологического взрыва. При таких обстоятельствах я считаю самым разумным применяемый сейчас в Татарстане комплексный подход к проблеме приведения водоохранных зон в нормативное состояние. Параллельно развивается несколько направлений, объединенных общим планом и тесной координацией действий.

И тут в обсуждение включился председатель Общественной палаты Республики Татарстан Анатолий Фомин:

- Я вынужден сказать, что общественность не удовлетворена тем, как исполняются судебные решения в отношении самозахватчиков берегов. Этот вопрос поднимается людьми буквально на каждой встрече с населением, он становится тем более актуальным в преддверии сентябрьских выборов в Государственную Думу, надо воспользоваться этим моментом. Кандидатам народ будет давать определенный наказ в этом направлении. Люди ждут от представителей всех уровней власти результатов. Мы еще ни разу не видели в СМИ серьезных резонансных публикаций о том, как было исполнено судебное решение. Не всегда видятся состоятельными отговорки, что кто-то купил участок с забором у водоема у третьих лиц, найти которых якобы невозможно. В конце концов, за любым участком есть конкретное лицо – кто оформлял сделку, регистрировал право на собственность и так далее. Все республиканские общественные объединения, гражданские сообщества готовы содействовать органам Прокуратуры Татарстана.

КТО ЗАЙМЕТСЯ «УТОПЛЕННИКАМИ»?

Лишь на дилетантский взгляд вопрос об утилизации плавучих средств кажется чем-то незначительным. Но прокуроры так не считают. Подъем и утилизация затонувших паромов, барж, теплоходов, катеров влетают в копеечку. Но кто именно должен это делать? Об исполнении природоохранного законодательства при утилизации вышедших из эксплуатации плавсредств говорил заместитель волжского межрегионального природоохранного прокурора Олег Даминов. Он сообщил, что в водоемах всего Волжского бассейна, то есть в границах 16 регионов, продолжают лежать на дне 560 судов. Больше всего «утопленников» в Астраханской области – 250, меньше всего в Нижегородской (53) и Саратовской (41).

В Татарстане таких судов около 100, в основном они лежат на дне Куйбышевского и Нижнекамского водохранилищ. Эти бесхозные плавсредства являются источником загрязнения рек, мешают судоходству и негативно влияют на нерестелища. С 1998 года по 2014 год в результате принятых прокуратурой мер, активизации деятельности уполномоченных органов из водоемов подняли более 240 металлобетонных дебаркадеров, пантонов, теплоходов и так далее. Главная проблема, по мнению Олега Даминова, в том, чтобы установить собственника судна, на которого должна быть возложена обязанность извлечь его из акватории, а также определиться с финансированием работ. Дорогостоящее это дело – ликвидация плавучего средства.

Экспертное мнение высказал член Общественной палаты РТ, председатель отделения Русского географического общества в РТ Дмитрий Шиллер:

– Вопрос утилизации судов многосложный и не имеет единственного решения. Прежде чем затевать подъем затонувшего средства, десять раз следует подумать, на самом ли деле оно мешает навигации. Иногда подъем может нанести больший вред, поскольку вокруг затонувшего судна за десятилетия складывается особый микромир, и человек может навредить биоценозу. Предлагаю ввести в практику предварительную экологическую паспортизацию объекта. Вокруг этой темы вообще столько спекуляций, будоражащих общество, и именно результаты экологического исследования могут их прекратить.

ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ БАНКРОТЫ РЕСПУБЛИКИ

Основным докладчиком по теме «Незаконный сброс загрязненных стоков в водные объекты» стал заместитель прокурора РТ Марат Долгов. Его сообщение было предельно четким и в чем-то – жестким.

Какие тут могут быть дискуссии? Сброс загрязненных стоков – однозначно плохо, при определенных условиях это – правонарушение, и оно должно быть пресечено, виновные установлены и наказаны, причиненный природе экологический ущерб возмещен в полном объеме. Вопрос может быть только в виде ответственности в зависимости от размера ущерба – либо административная по статье 8.14 КоАП РФ (нарушение правил водопользования при сбросе сточных вод в водный объект), либо уголовная по ст. 250 УК РФ (загрязнение вод).


Сегодня наиболее сложная ситуация с муниципалитетами. В большинстве муниципальных образований республики очистные сооружения либо предельно изношены и работают ненадлежащим образом, либо их нет. Муниципальные бюджеты не имеют средств на реконструкцию или постройку очистных сооружений нужного класса. Любая правоохранительная, контролирующая активность по составлению административных протоколов и предъявлению в судебном порядке исков о возмещении вреда окружающей природной среде приведет к фактическому банкротству муниципальных водоканалов. У нас есть примеры удовлетворения исков на 100, 300 миллионов рублей, но это заведомо неисполнимые решения. Они повлекут только банкротство и создание угрозы прерывания стабильной поставки жилищно-коммунальных услуг населению. И в таких условиях предельно высокой изношенности систем коммунального водоснабжения об очистке стоков муниципалитеты думают в последнюю очередь. Существенные нарушения выявлены в ООО «Бугульма-Водоканал», «Альметьевск-Водоканал», ООО «Промочистка г. Нурлат», ООО «Бавлы-Водоканал», ООО «Кукморские очистные сооружения» и во многих других. Возбуждены административные производства, направлены исковые заявления в суд о признании незаконным бездействия и так далее.


Как ни удивительно, но и в Казани ситуация не лучше. Долгое время не могут решить проблему так называемых «иловых полей». На двух земельных участках в районе поселка Отары и Победилово МУП «Водоканал» накапливает ил, который образуется в процессе утилизации стоков. Ежедневная прибавка ила – 200-300 тонн! Наиболее остро стоит вопрос утилизации иловых осадков, накопленных в период с 1974 по 1998 годы, а это ни много ни мало 1 950 000 тонн. На рекультивацию этих иловых полей по федеральной целевой программе на 2017-2019 год запланировано 516 миллионов рублей. Из них 266 миллионов – из федерального бюджета. Но программа затронет лишь 60 гектаров, проблему же текущего накопления ила она не решит. То есть ил будет по-прежнему скапливаться в опасной близости к Куйбышевскому водохранилищу, в его водоохраной зоне, что уже создает реальную угрозу его загрязнения. В итоге тысячи жителей поселков Отары и Победилово дышат сероводородными выбросами. 25 ноября 2015 года решением Вахитовского районного суда Казани удовлетворены исковые требования прокуратуры о признании бездействия незаконным, прекращении деятельности по эксплуатации иловых карт, утилизации отходов и рекультивации земельных участков. Исполнение указанного решения отсрочено решением суда на год.

– Нужен четкий анализ, – заострил зампрокурора РТ, – в каком муниципалитете, в каком состоянии очистка стоков, сколько нужно средств на исправление, четкая дорожная карта, использование различных источников дополнительного финансирования – от федеральных программ до государственно-частного партнерства. Я хотел бы также признать слабую карательную практику контролирующих органов. За весь прошлый год к административной ответственности по ст. 8.14 привлечено всего 8 должностных лиц и 4 юридических, в 2016-м – трое. Возбуждено всего одно уголовное дело по ч. 2 ст. 247 по факту загрязнения береговой полосы озера в поселке Восточная Ореховка. Единичны случаи предъявления к взысканию суммы ущерба окружающей среде. Масштаб нарушений настолько велик, настолько много субъектов вовлечено в загрязнение водоемов, что при механическом применении всего арсенала контролирующих и правоохранительных органов экономическая жизнь, особенно система ЖКХ, в республике будут фактически парализованы.

Не промолчал председатель Совета муниципальных объединений РТ Минсагит Шакиров:

– Картина, которую вы нарисовали... Это вы сгущаете краски, наверное. Мы, муниципалы, всегда будем крайними. Вопросы не с шашкой наголо решать надо, а с головой на плечах. Ведь если парализовать экономическую жизнь районов, обанкротить водоканалы, это же все государству такими проблемами обернется… Не подумайте, что я как лоббист села выступаю, но ведь все населенные пункты у нас традиционно у воды стоят. Если и в деревне начнут применять требования 20-метровой отметки к каждому двору, чей огород выходит к речке или водоему, то это тоже вызовет недовольство, непонимание. Я бы хотел предложить Прокуратуре обратить внимание на количество неучтенных водоемов и гидротехнических сооружений в республике. Сколько их на самом деле? Минземимущество называет 1 200, данные муниципалитетов – 770, а сегодня на форуме прозвучало, что 6 тысяч. Просил бы прокуратуру навести порядок. Много искусственных водоемов появляется, уже и несчастные случаи бывали. Надо с чего-то начинать порядок наводить. Ну, а мы, конечно, закон будем исполнять.


Ольга Юхновская.

Комментарии