​Песня смешала землю с небом

07 февраля 2024
Культура

В Государственном Большом концертном зале имени Салиха Сайдашева началась камерная программа Международного оперного фестиваля имени Ф.И. Шаляпина. Культурный обозреватель «Казанского репортёра» послушал романсы трёх юбиляров года.

Состояние зрительного зала перед началом концерта точнее всего можно описать строками Нестора Кукольника: «Пестрота, разгул, волненье, ожиданье, нетерпенье». Помните – «Попутная песня»? Это стихотворение стало основой колоритной вокальной миниатюры Михаила Глинки. И хотя она не прозвучала в этот вечер со сцены в числе восьми произведений старейшего из трёх юбиляров, а летом исполнится двести двадцать лет со дня рождения Глинки, наверное, не было среди собравшихся таких, кто мысленно не пропел этот романс.

В компании с ним, названным критиком Владимиром Стасовым Пушкиным в музыке – «оба создали новый русский язык – один в поэзии, другой в музыке», в программе значились 185-летний Модест Мусоргский и 180-летний Николай Римский-Корсаков. Как вы понимаете, каждый из них в отдельности своими романсами мог бы сделать аншлаг, а тут все трое одновременно.

И всё же такого ажиотажа, как с основной программой Международного оперного фестиваля имени Ф.И. Шаляпина, здесь не наблюдалось. Не ломились сюда высокопоставленные чиновники, не вырывали друг у друга билеты известные каждому казанцу снобы, не стояли по ночам в очередях у касс перекупщики. И это лишь придало особое обаяние камерным программам, проходящим под эгидой раскрученного фестиваля. Только для своих, для посвящённых, для истинных ценителей – так считывалось это благородное спокойствие меломанов, занявших кресла в одной из лучших концертных залов Республики Татарстан.

Легенда российской и чешской оперной сцены Эдуард Трескин, сам концертно-камерный певец, обладатель голоса удивительной красоты и силы, уверенно и элегантно направлял ход вечера, сопровождая выступление солистов интересными историями и романтическими стихами.

Состав исполнителей был не менее звёзден. Несмотря на то, что хедлайнером в концерте подразумевалась Айгуль Хисматуллина, уроженка Набережных Челнов, выпускница Казанской государственной консерватории имени Н.Г. Жиганова, солистка Мариинского театра, блистающая на сценах Royal Opera House в Маскате, Gran Teatro del Liceo в Барселоне, Deutsche Oper в Берлине и Covent Garden в Лондоне, но вышедшая вместе с ней ослепительно сверкающая казанская пара – Артур и Эльза Исламовы – с таким же успехом может собрать полные залы в лучших театрах мира.

Название камерной программы – «Между небом и землёй» – хотя и образно, но верно отразило сущность происходящего на сцене. Эта строчка встречается в двух из прозвучавших в этот вечер романсах.

Между небом и землей
Песня раздаётся,
Неисходною струей
Громче, громче льётся,

– это «Жаворонок» Михаила Глинки на стихи Нестора Кукольника.

И звучит свежо и юно
Новых сил могучий строй,
Как натянутые струны
Между небом и землей,

– это уже «Звонче жаворонка пенье» Николая Римского-Корсакова на стихи Алексея Толстого.


Когда сопрягаются между собой эти строки, то в воображении как раз и возникает та самая могучая песня новых сил, что эмоционально скрепляет между собой земное и возвышенное, то есть даёт ту полноту чувств, которую испытываешь в момент соприкосновения с творчеством триады этих русских композиторов.

Михаил Глинка – композитор светоносный, солнечный. Это удивительно точно и бережно выразил своим исполнением солист Татарского академического государственного театра оперы и балета имени Мусы Джалиля Артур Исламов, открывший камерную программу. Легко, изящно, грациозно, беспечально прозвучали «В крови горит огонь желанья» на стихи Александра Пушкина, «Не говори, что сердцу больно» на стихи Николая Павлова, «Болеро» и «Рыцарский романс» на стихи Нестора Кукольника. Слова романтического воодушевления, радостного волнения, пламенной страсти, любовного экстаза, печали, разочарования, боли или праведного гнева в устах Артура Исламова обретали безудержную веру в обязательный счастливый финал.

Николай Римский-Корсаков – эмоционально уравновешен, полон спокойной созерцательности или элегических раздумий. Его подвижные, богато орнаментированные мелодии романса «Не ветер, вея с высоты» на стихи Алексея Толстого дали возможность певцу отбросить внешние эффекты и продемонстрировать возможности своего баритона, спокойная, выразительная и нежная мелодия «Октавы» на стихи Аполлона Майкова в исполнении Артура Исламова обрела сакральность звучания, взволнованный, экспрессивный «Гонец» на стихи Генриха Гейне в переводе Михаила Михайлова напомнил об оперных образах солиста, а романс «Дробится и плещет, и брызжет волна» на стихи Алексея Толстого с могучим прибоем аккомпанемента, бурным, взлетающим, а затем низвергающимся, убедительно показал как Артур Исламов тонко чувствует и воссоздаёт в пении яркую образность мелоса Николая Римского-Корсакова.

И наконец, Модест Мусоргский, рисовавший в романсах и песнях разные сословия и характеры, воплощал бытовые эпизоды и острые драматические столкновения. Для Артура Ислама – великолепного драматического актёра – это замечательная возможность сыграть мини-спектакли. Порывисто-взволнованное и мечтательно-созерцательное в романсе «Что вам слова любви» на стихи Александра Аммосова нашло выход в трепетно-юношеском образе, ироничное сопоставление и меткие интонационные характеристики в «Козле», написанном композитором на собственные стихи, Артур Исламов обыграл в комическом образе повествователя, в сатирической песне «Спесь» на стихи Алексея Толстого он предстал воплощённым пороком, а в трагедийных «Колыбельной» и в «Полководце» на стихи Арсения Голенищева-Кутузова самой Смертью, вырывающей ребёнка из рук матери и обещающей сладкий сон убитым воинам. Каждое произведение Модеста Мусоргского становилось сценкой, в которой певец мастерски менял рисунок роли.


Его супруга – Эльза Исламова – давно и прочно прописалась в числе лучших молодых голосов России. В этот вечер она тоже обратилась к творчеству Модеста Мусоргского. В семи вокальных миниатюрах цикла «Детская», сочинённом композитором на собственные тексты, она удивительно точно, глубоко и любовно раскрыла мир ребёнка. Её яркое и артистичное исполнение труднейших вокальных произведений стало украшением камерной программы.

Лауреат международных конкурсов вокалистов в России, Китае и Азербайджане, Эльза Исламова одинаково роскошна и в оперном репертуаре, и в эстрадном, и в камерном. Их дуэт с супругом, на эстрадных афишах значащийся как «Артур Исламов и Эльза Заяри», хорошо известен многочисленным фанатам национальной татарской песни. А ценителям высокого искусства, прежде всего, запомнятся Кави Наджми Артура Исламова и Сарвар Адгамова Эльзы Исламовой в опере «Кави-Сарвар» талантливейшего молодого казанского композитора Миляуши Хайруллиной. И вот очередная вершина покорена творческим дуэтом: сложнейшую камерную программу, которая под силу далеко не каждому, они исполнили грациозно и изысканно.

Айгуль Хисматуллина, выступавшая в качестве приглашённой звезды, для собравшихся в зале отнюдь не была недосягаемой и холодной селебрити. Ею, скорее, гордились и восхищались как талантливой землячкой. Она была своей, и не только для тех, кто отдал ей свой педагогический талант.

Звенящий, с хрустальным блеском, и в то же время невероятно тёплый голос покорял слушателей планеты с первых нот и в роли Царицы ночи в моцартовской «Волшебной флейте», и в роли Джильды в вердиевском «Риголетто», и в титульной роли «Снегурочки» Римского-Корсакова. В исполнении романсов он прозвучала точно также поэтично, нежно, звонко и трепетно. Но чистая колоратура сопрано и мастерское, непринуждённое существование в сценическом образе, к сожалению, на сей раз соседствовали с нечётким произношением. И это помешало пониманию смысла исполняемых произведений. Трудно сказать, почему так случилось. Возможно, сказалось излишнее волнение: легко ли выступать перед теми, кто помнит твои первые робкие шаги в профессии. А ведь почти во всех рецензиях музыкальной прессы мира как неоспоримое преимущество певицы отмечается её безукоризненная сценическая речь.

В программу камерного концерта Айгуль Хисматуллина включила романсы лишь двух композиторов из заявленной на афише триады – Михаила Глинки и Николая Римского-Корсакова.

У первого она отобрала «Жаворонок» на стихи Нестора Кукольника, «Финский залив» на стихи Платона Ободовского, «Адель» и «Я помню чудное мгновенье» на стихи Александра Пушкина. Все они полны светлых воспоминаний и грёз, все они отражают остро переживаемые эмоции, все они насыщены наивной прелестью и задушевной простотой. Именно так и исполняла эти романсы Айгуль Хисматуллина, примерившая на себя образ лучезарной, юной, мечтательной девушки.

А романсы Николая Римского-Корсакова – «Редеет облаков летучая гряда» на стихи Александра Пушкина, «Пленившись розой, соловей» на стихи Алексея Кольцова, «То было раннею весной» и «Звонче жаворонка пенье» на стихи Алексея Толстого, «О чём в тиши ночей» и «Сон в летнюю ночь» на стихи Аполлона Майкова – Айгуль Хисматуллина наполнила томной страстью, душевным порывом, устремлённостью к счастью и жизненной полнотой.

Успех концерта оценили бурными овациями и роскошными букетами цветов. Солисты и блистательно аккомпанировавшая им весь вечер Алсу Барышникова сумели сотворить чудо из, в общем-то, давно знакомых всем компонентов. Это ещё раз доказывает аксиому: достоинство блюда зависит не от продуктов и посуды, а от мастерства кулинара.


Зиновий Бельцев.

Комментарии

Присоединяйтесь к нам в соцсетях!