Искусство шестерых, прошедшее через полвека

29 сентября 2020
Культура

В галерее «Окно» Казанской ратуши открылась выставка «6/50», где представлены картины шести знаковых художников Татарстана. Обозреватель «Казанского репортера» прошёлся по залам казанских мастеров, бросивших своеобразный вызов официальному советскому искусству и проложивших мост между эпохами.

Был месяц май

Всё началось со встречи двух старых друзей. К певцу в гости заглянул композитор. И за чашкой чая вдруг зашёл разговор о картинах сына одного из них.

– А что, неплохо рисуешь, – выдохнул композитор, – неординарно, не похоже на других. Вот бы их на выставке показать. В Париже…

Но какой там Париж! На дворе – весна 1970-го. О поездках за рубеж Советской страны могла мечтать лишь партийная элита. К тому же и политическая обстановка в мире весьма напряжённая: Мао Цзэдун, лидер Китая, обвинил СССР в установлении в стране фашистского диктаторского режима, два советских физика – Андрей Сахаров и Валентин Турчин и историк Рой Медведев написали Открытое письмо советскому правительству, что в стране стали обнаруживаться угрожающие признаки разлада и застоя, причиной которых – антидемократические традиции и нормы общественной жизни, Соединённые Штаты Америки искали аргументацию для нанесения упреждающего ракетно-ядерного удара по Союзу. И всё это – на фоне подготовки празднования столетнего юбилея основателя Советского государства Владимира Ленина.

– А чем, собственно, Актовый зал нашей консерватории не свой собственный Париж? – вдруг улыбнулся композитор, возможно припомнив возведённый в столице Франции в самом конце 1920-х годов Maison de Verre – Стеклянный Дом – икону своего времени, ключевое событие становления модернизма.

Актовый зал консерватории

Построенное за три года до этого в самом центре Казани на площади Свободы здание и впрямь поражало воображение горожан. Его стеклянные стены, возведённые архитекторами Муниром и Ингой Агишевыми, символизировали открытость миру и готовность воспринять всё новое. И конечно же, эта ультрасовременная архитектура, разрушающая преграды и стереотипы, лучше всего подошла бы для выставки ультрасовременных и необычных произведений искусства.

Оставалось лишь получить разрешение на проведение выставки от Обкома комсомола и Союза художников. Без санкции «старших товарищей» из Выставочного комитета и Художественного совета, которые оценивали профессионализм, заслуги художников и соответствие их произведений идеологическим нормам, пробиться к зрителю в те времена было не мыслимо.

Наверное, настало время приоткрыть интригу и назвать имена участников того самого разговора – глава Союза композиторов Татарстана, ректор Казанской консерватории Назиб Жиганов, солист Татарской филармонии Усман Альмеев и его двадцатитрёхлетний сын Надир.

Надир не захотел выставляться один и собрал компанию таких же неординарных творцов – недавних выпускников Казанского художественного училища Георгия Иванова, Рустема Фаттахова, Евгения Голубцова и ставших уже студентами Строгановки Владимира Нестеренко и Игоря Башмакова.

Придумали необычные пригласительные билеты, афишу и нагрудный значок с символом выставки – цифрой «6», двенадцать гравюр Надира Альмеева смонтировали на стене, живописные работы других участников – по три у каждого – разместили на побелённых для этого случая мольбертах…

За несколько часов до открытия выставки явились представители Союза художников ТАССР – Харис Якупов и Борис Яхлиель. Их вердикт был неумолим и жесток: показ запретить.

Назиб Жиганов и Баки Урманче

– Им не понравилось, что наш стиль не соответствует направлению соцреализм, ведущему тогда направлению в искусстве Советского Союза, – вспоминает Надир Альмеев. – Пришлось мне позвонить Баки Урманче. Он приехал через пятнадцать минут. И сумел убедить, что выставку надо открывать.

«Несмотря на некоторые спорные моменты в их творчестве, – аккуратно повторил свои доводы Баки Идрисович несколько позже в интервью корреспонденту газеты «Комсомолец Татарии» Диасу Валееву, – можно с радостью констатировать тот факт, что нам, художникам старого поколения, на смену идёт молодёжь с большим творческим потенциалом. Наша же задача – быть внимательными к ней, беречь ростки их чистых дарований…»

Так быстротечная «Выставка 6 молодых художников» – две недели в Консерватории и потом ещё четыре дня в Международном лагере «Волга», где проходил первый семинар творческой молодёжи Татарстана, – навсегда изменила художественное пространство республики.

Нет объяснения у чуда?

– Это были первые шаги молодых художников, которые мыслили себя в несколько ином поле, в новой парадигме нового искусства. Конечно, в их творчестве чувствовалось влияние авангардизма. Страна открылась и с Запада стали проникать и каталоги выставок, и журналы, в которых публиковались репродукции картин. Вот и пробились новые ростки свободы творчества и самовыражения.

Наш неторопливый разговор с куратором выставки, заслуженным деятелем искусств Татарстана, кандидатом искусствоведения Ольгой Улемновой плавно перетекает от темы к теме. Ведущий научный сотрудник отдела изобразительного и декоративно-прикладного искусства ИЯЛИ имени Г. Ибрагимова АН РТ, она обладает поистине энциклопедическими знаниями.

– Вы, наверное, слышали эти имена нонконформистов: Оскар Рабин, организатор всемирно известной «Бульдозерной выставки», Олег Целков, Владимир Янкилевский, Дмитрий Краснопевцев… Но это всё в Москве. А в Казани ещё не было такого. Вот эти шесть художников – с них всё началось. И в итоге они все стали очень яркими личностями, крупными фигурами в искусстве Татарстана. Сейчас-то они все со званиями, хотя в семидесятые годы это было даже трудно себе представить. Но уже тогда они заняли лидерские позиции в художественном проектировании, в книжной графике, а это же всё на массы воздействует – городская среда, архитектура, иллюстрации в книгах…

Действительно, пройдёт совсем чуть-чуть после той «Выставки 6 молодых художников» и Надир Альмеев заявит себя в книжной и станковой графике, в светомузыке и кинематографии; Игорь Башмаков – в монументально-декоративной скульптуре из металла, создав целый ряд композиций, ставших признанными символами нашего города – часы на площади Тукая, Су-анасы, Зилант, Тулпар, Кот Казанский; Евгений Голубцов и Владимир Нестеренко – в художественном проектировании интерьеров общественных зданий, оформляя самые модные в 1970-80-е годы кафе, рестораны, клубы, музеи, среди которых пивной бар «Бегемот», ресторан «Казань», Дом-музей Шишкина в Елабуге, клуб «Маяковский. Жёлтая Кофта»; Рустем Фаттахов будет работать на Казанской телестудии; Георгий Иванов станет ведущим художником-проектировщиком Прикамского региона, участвуя в создании городской среды Набережных Челнов и дизайнерских разработках КамАЗа.

– Так что это спонтанно возникшее объединение действительно сыграло важную роль в формировании общественного мнения и художественных вкусов, – подводит итог размышлениям Ольга Львовна. – Это же воздействует на всех гораздо больше, чем одна написанная картина. Мимо городских скульптур проходят тысячи, книги расходятся миллионными тиражами. И в этом смысле, выставка 1970-го года оказалась знаковой. По сути, молодые художники впервые там продекларировали свой отход от официальной линии в искусстве. Это сегодня может показаться при взгляде на работы полувековой давности – ну что тут особенного. Мы уже привыкли к этим новым формам, они стали частью нас самих, поэтому мы и не замечаем их уникальности и своеобразия.

Чудо преображения нашего сознания – рукотворно. Слушая Ольгу Улемнову я вдруг отчётливо осознаю насколько мне повезло жить в одном времени и в одном пространстве с этими людьми.

Воспоминания о будущем

Из шестёрки молодых революционеров в мире искусства сегодня в живых остались лишь трое – Альмеев, Нестеренко и Голубцов. Надир Усманович по-прежнему полон энергии, а вот Евгений Георгиевич и Владимир Александрович, к сожалению, немного приболели. Да и большинство живописных работ той «Выставки 6 молодых художников», к сожалению, не сохранились. Что-то, конечно, нашлось у наследников, что-то в частных коллекциях, Альмеев сохранил все двенадцать гравюр с легендарного вернисажа.

– Во многом эта выставка – демонстрация того, что даже во время цензуры, ограничений, давления со стороны власти художник имеет возможность пройти свой уникальный путь, – соучредитель галереи «Окно» Диляра Байчурина пристально смотрит мне в глаза. – Это урок, который даётся нынешнему молодому поколению. Сейчас они стали, на мой взгляд, слишком инертными, к сожалению. Нет у них новых форм, новых техник и технологий. Угасла инициативность. И, может быть, эта выставка станет для них неким импульсом к переменам, к поиску себя в этом мире.

По залам медленно бродят первые посетители. Останавливаются перед произведениями, подолгу вглядываются в них. Полувековой путь в творчестве – первые экспонаты выставки «6/50» написаны в 1970 году, последние завершены незадолго до открытия ретроспективного вернисажа.

Пространственно-чувственные картины Евгения Голубцова, возвращающие память к супрематизму, романтика старой Казани на полотнах Игоря Башмакова, отбрасывающая воспоминания в сказочно-детское восприятие действительности, графические изображения Георгия Иванова, запечатлевшие декоративно-плоскостные архитектурные пейзажи, полотна Владимира Нестеренко, балансирующие на грани абстракции, футуризма и чувственного эротизма, объёмные и словно выпадающие на зрителей из простых рам миры Рустема Фаттахова… Картины многое могут рассказать не только о тех, кто их создал, но и о тех, кто на них смотрит.

– Хотелось бы сохранить и живописные полотна, и графику, и документы, и фотоархив для следующих поколений, – вздыхает Диляра Байчурина. – К сожалению, многие работы уже сейчас оказались в плачевном состоянии. Наверное, настала пора и республике посмотреть в сторону этого наследия и, может быть, поддержать его. Каждый из этой шестёрки достоин своей галереи. Они уже часть истории Татарстана. Уйдут последние из этого старшего поколения, и мы навсегда потеряем их опыт.


Слушаю, а в голове вертится: наверное, было бы неплохо возродить институт творческого кураторства над молодыми представителями татарстанского искусства.

Ведь когда-то же в Сенежской студии на творческой даче и в мастерской средового дизайна в Центральной учебно-экспериментальной студии Союза художников СССР помогали становлению творческой молодёжи страны и Евгений Розенблюм, и Марк Коник, и Игорь Обросов, и Евгений Сидоркин, и Владимир Перцов, и Евгений Монин… Бывал у них и Надир Усманович. Они учили даже не столько технологии, сколько умению неординарно мыслить, видеть мир иначе, чем все. И, быть может, создание на новом этапе нашей истории таких творческих лабораторий для художников, графиков, скульпторов, журналистов, поэтов – людей, чья жизнь вплотную связана с креативным мышлением, дало бы возможность поднять наше искусство на новую высоту.

А при такой лаборатории можно было создать архив набросков, эскизов, проектов – всего того, что составляет творческую кухню мастера и позволяет проследить путь мысли от зарождения до воплощения. Разве это не интересно? Разве это не важно? Быть может, в год столетия ТАССР власти примут соответствующие решения и закрепят их документально?

Вспоминая прошлое, мы прочерчиваем перспективу в будущее. Не случайно же в подготовке нынешней выставки принимали участие и молодые силы – аспирант ИЯЛИ имени Г. Ибрагимова АН РТ искусствовед Разиля Ильясова и студенты курса Дмитрия Кошкина из КГАСУ, верно уловившие ключевой посыл выставки 1970 года и потому сумевшие создать новую афишу, ставшую органичным переосмыслением прежней. И это вселяет надежду, что творческий посыл предыдущего поколения станет мощным импульсом для следующих поколений.

Выставка «6/50» будет работать до 10 ноября, ежедневно, кроме понедельников. Нам дан шанс заглянуть в сердца изменивших ход истории шестерых молодых художников, оставшиеся в их произведениях, вспомнить как это было и подумать, как это будет ещё через полвека.


Зиновий Бельцев.

Комментарии