​Ночь, Казань, рюмочная

26 сентября 2019
Специальный репортаж

За первые 6 месяцев 2019 года от случайных алкогольных отравлений в Татарстане умерли 28 человек, за весь предыдущий год — трое. Росалкогольрегулирование рапортует, что потребление алкоголя в стране снижается, однако нелегальных производств становится больше. Журналист Александр Шакиров рассказывает как Татарстан борется с контрафактным алкоголем — причем здесь «Татспиртпром» и уровень бедности.

Пару лет назад в Казани задержали производителя контрафактных виски и коньяка. Взяли на сбыте, но как впервые привлеченный, бутлегер получил 7 месяцев ограничения свободы — ходил отмечаться к участковому. Спустя три месяца после вынесения приговора в Казани задержали другого продавца с тонной контрафакта. Оказалось, что поставлял ему алкоголь тот самый ранее осужденный делец. Каждому выписали по 150 тысяч рублей штрафа, который, как утверждают в МВД по Республике Татарстан, бутлегеры отбивают за неделю.

С 2016 года Единая государственная автоматизированная информационная система (ЕГАИС) контролирует количество произведенного и проданного алкоголя в России. Государство надеется, что ЕГАИС закроет путь фальсификату и контрафакту в магазины. В 2018 году Росалкогольрегулирование проверило 11 миллионов литров этилового спирта и алкогольной продукции. И почти половина (47,5%) оказалась нелегальной, из которой треть (3,2 миллиона пол-литровых бутылок) — водка, произведенная подпольно. Все то же Росалкогольрегулирование сообщает, что уровень потребления алкоголя в стране снизился с 2006 к 2018 году на 40%. Но глава ведомства Игорь Алешин говорит, что подпольных производств в гаражах и подвалах стало больше. Следовательно, объемы алкоголя, который официально не фиксируется, увеличились.

В Роспотребнадзоре рапортуют о 297 467 случаях острых отравлений спиртосодержащей продукцией за последние пять лет. Больше четверти из них (78252) закончились смертью.

Министр здравоохранения Вероника Скворцова и вовсе утверждает: в 70% случаев смерть мужчин в России связана с болезнями, вызванными употреблением алкоголя.

Из почти четырех миллионов жителей Татарстана в прошлом году в Татарстане алкоголем отравились 547 человек. Каждый третий из них умер. Для сравнения: за 2018 год от инфарктов в республики скончались более 1500 человек.

Центр разработки национальной алкогольной политики приводит статистику смертности от случайных алкогольных отравлений (когда люди не подозревали, что пьют опасную для употребления жидкость). В Татарстане за прошлый год зафиксировано 3 таких эпизода. В соседней республике Марий Эл — 79, в Нижегородской области — 149. За 6 месяцев 2019 года в Татарстане от случайных алкогольных отравлений умерли 28 человек.

В борьбе с контрафактом у Татарстана свои мотивы: подделка — не только риск для здоровья потребителей, но и серьезный удар по карману местного производителя «Татспиртпрома» (принадлежит правительству Татарстана через АО «Связьинвестнефтехим»). Это крупный федеральный игрок (в 2018 продано 9,6 миллионов декалитров алкоголя, выручка составила 40 миллиардов рублей) и налогоплательщик. В прошлом году компания перечислила в бюджеты страны и республики налогов на 20,1 млрд рублей.

Заинтересованность республики в защите интересов «Татспиртпрома» подтверждают в управлении экономической безопасности и противодействия коррупции (УЭБ и ПК) МВД по Республике Татарстан.

— Больше, чем Татарстан, вряд ли какой регион бьется с этим контрафактным алкоголем, — говорит сотрудник УЭБ и ПК Роман (имя изменено по просьбе собеседника), который специализируется на раскрытии преступлений, связанных с производством контрафакта. Компанию полиции в борьбе с бутлегерами составляют местные Госалкогольинспекция и Роспотребнадзор.

Роман отмечает, что объемы изъятий за последние годы значительно снизились, но говорить о победе над нелегальными производителями рано: бутлегеры стали осторожнее, меняют схемы и вынуждены снизить обороты. Похожая ситуация и в других регионах. По данным МВД по Нижегородской области, объем алкоголя, изъятого из нелегального оборота, уменьшился с 2015 к 2018 году в два раза — с 400 тысяч до 200 тысяч литров. В эти же сроки в Тверской области объемы сократились со 132 тысяч литров до 9,9 тысяч литров, в Татарстане — c 340,8 тысяч литров до 97,2 тысяч литров.

— Бывает, что под видом водки производства «Татспиртпрома» реализуется спирт, разбавленный водой, — рассказали в пресс-службе Госалкогольинспекции. — Как правило, подделывают то, что пользуется спросом. Это и водка эконом-сегмента (официальная минимальная цена — 215 рублей за поллитра) — [распространяется] в рюмочных, закусочных.

Одну бутылку могут продавать, пока она не потеряет товарного вида

В МВД основным потребителем контрафактного алкоголя называют как раз рюмочные. «Они берут понемногу — одна пятилитровка у них за день уходит», — продолжает Роман. Рюмочные покупают алкоголь у бутлегеров в пластиковых баллонах, наливают в стеклянную бутылку закупоривают и продают. Когда клиенты уходят, выпитую бутылку забирают со стола, и повторяют тоже самое: ополаскивают и снова заполняют. Одну бутылку так могут продавать, пока она не потеряет товарного вида. В управлении экономической безопасности отмечают, что внимательно следят за статистикой отравлений в рюмочных, поскольку это один из показателей торговли контрафактом.

Среди других клиентов бутлегеров, по словам оперативника, как тихие кухонные алкаши, так и подрядные организации — наливают рабочим на стройках, чтобы те не разбредались в поисках выпивки. Заказывают паленый алкоголь на свадьбы и большие застолья — в этих случаях гости даже не догадываются, что употребляемые ими напитки могут быть опасны для жизни.

Для сбыта контрафакта используют соцсети — в основном это группы Вконтакте. Полицейский отмечает, что в 2014 году в Татарстане возбудили одно из первых в России уголовных дел сбыта подделок элитного алкоголя через интернет. Контрафакт шел из Санкт-Петербурга: следствие доказало опасность изъятого алкоголя для потребителей, а фигурант дела получил реальный срок. Какой точно, собеседник не назвал.

Закладка в 2 тонны

Контрафактный алкоголь востребован, поскольку дешевле легальной продукции. Сырье бутлегеры получают от спиртзаводов, некоторые из которых, как утверждает Роман, скрывают показатели, произведенных ими объемов.

— Производят не 10, а 1000 литров, — продолжает оперативник. — 10 литров ушли в организацию, имеющую фармакологическую лицензию, а остальное различными путями доходят до нас. Они [заводы] не стесняются, у них остаются номера, этикетки, весь спирт скидывают на сторону и уже из этого спирта производится алкогольная продукция.

Далее в дело вступают перекупщики: коробку чистого 96-градусного спирта (20 литров) могут продать за 1600 рублей. Спирт разбавляют и с одной такой коробки получается 50 литров водки — 100 бутылок. «Если в розницу самая дешевая бутылка стоит 221 рублей, например, «Усадская хлебная», выходит 22 тысячи рублей выручки при денежных затратах в 1600», — говорит Роман. Другие участники этой схемы алкоголь не производят, а покупают спирт небольшими партиями, чтобы продать подороже. Так цена за коробку медицинского спирта вырастает до 2300 рублей.

Подделывают бутлегеры и акцизные марки: по аналогии с билетом банка приколов — внешне напоминающим настоящую купюру — на фальшивках еле заметным шрифтом написано «Не является акцизной маркой».

Всех методов борьбы с контрафактным алкоголем в МВД не раскрывают. Известно, что оперативники развивают сеть осведомителей, которые сообщают полиции о тех, кто связан со сбытом и производством алкоголя. В МВД эту информацию проверяют — проводят проверочную закупку, после чего преступника задерживают.

Оперативникам приходится идти на хитрости. Охотник за бутлегерами словно актер — для того, чтобы вжиться в роль покупателя и выйти на след преступника, приходится не только переодеваться, но и отращивать бороду, а иногда и не стричься — в этом случае позволительно и не по уставу. Сам Роман говорит, что в багажнике его машины лежат сразу несколько костюмов — не то что преступники, родные могут не узнать.

Как раз после одной такой закупки в конце 2018 года в Казани задержали семь человек, контролировавших пять производств контрафактного алкоголя. Лаборатории оборудовали на дачах, в пристроях на участках. Один из бутлегеров варил у себя на квартире и в доме матери. Она не только знала о делах сына, но и помогала ему с распространением. По словам Романа, в этот бизнес, как правило, вовлекаются всей семьей.

В 2015 году в разработку оперативникам попала группа, занимающаяся сбытом контрафактного алкоголя под брендом «Татспиртпрома». Алкоголь везли из другого региона, а для конспирации оставляли товар в лесу в «Газели». Покупатель приезжал за закладкой, после чего сообщал бутлегерам, где оставлены деньги. В других случаях деньги передавал посредник. Схему раскрыли, преступников задержали. Поставщик получил 100 тысяч рублей штрафа, остальные — от 200 до 300 тысяч, но «наказание не соответствует деянию», считает Роман.

Следствие требует вреда

В МВД отмечают: чтобы посадить бутлегера, следствию нужно доказать, что изъятый алкоголь навредил здоровью или стал причиной смерти — нет фактического вреда, нет реального наказания. Если у прокуратуры будут сведения, что кто-то отравился алкоголем, изъятым у подсудимого, тогда штрафом точно не отделаться. Правда, доказать этот самый вред получается не всегда.

Источник в МВД на условиях анонимности сообщает, что устаревшие методики экспертиз не способны определить потенциальный вред для здоровья контрафактного алкоголя, произведенного с помощью новых компонентов. Нужно менять технологию, правда собеседник не уточнил, что именно требует обновления.

В экспертно-криминалистическом центре МВД по Республике Татарстан подтверждают, что проводят исследования спиртосодержащих жидкостей, но называть тот или иной образец опасным для жизни человека — вне их компетенции. Если к ним попадает жидкость без маркировки, химики определяют ее состав и крепость. Если же у жидкости есть маркировка, этикетка и сопроводительная документация, бутылка закупорена, специалисты ЭКЦ исследуют образцы на соответствие заявленным требованиям:

— В рамках этой экспертизы мы смотрим на соответствие жидкости техническому регламенту, ГОСТам или просто информации на этикетке, — говорит начальник отдела специальных видов и экспертиз ЭКЦ МВД по Республике Татарстан Наталья Фицева.

Для полноценного исследования необходимы примерно 0,5 литра изучаемого образца. Ответ на вопрос — является ли жидкость спиртосодержащей и какова ее крепость — занимает около 5 часов рабочего времени. Экспертиза на соответствие требованиям ГОСТа может идти несколько дней.

По словам собеседницы, с 2017 года экспертизы спиртосодержащих жидкостей стали назначаться чаще — с тех пор, как в уголовный кодекс введена статья 171.3 (Незаконные производство и (или) оборот спирта)

Изъятый алкоголь также исследуют в Средне-Волжском региональном центре судебной экспертизы и Центре гигиены и эпидемиологии (входит в структуру Роспотребнадзора по РТ), но там комментарии об устаревших методиках давать отказались.

У алкоголя особый порядок

Промышляющих подделкой алкоголя могут привлечь сразу по нескольким статьям уголовного кодекса. Например, статья 238.1 (Производство, хранение или перевозка в целях сбыта или сбыт продукции, не отвечающей требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей) предусматривает лишение свободы до 2 лет. В 2017 году в УК РФ появились две новые статьи. За незаконные производство и (или) оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции (ст. 171.3. УК РФ) кроме штрафа от 2 до 4 миллионов рублей и обязательных работ грозит лишение свободы до 5 лет. Незаконная розничная продажа алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции (ст. 171.4 УК РФ) лишения свободы не предусматривает — только штраф от 50 тысяч до 80 тысяч рублей или в размере дохода осужденного за период от трех до шести месяцев, а также исправительные работы на срок до 1 года.

К примеру, в Вахитовском районном суде Казани уголовных производств по статьям 171.3. и 171.4 нет. Зато есть несколько дел по статье 238.1, связанных с алкоголем.

По одному из таких обвинялся Вальтер Макиев. В начале 2013 года он купил более 19 тысяч литров спиртосодержащей жидкости (около 38 тысяч бутылок с этикетками водки «Парламент», виски Black Label, Jack Daniels и др.) более чем на 3 миллиона рублей.

По мнению прокуратуры, Макиев знал, что покупает фальсификат, но это его не остановило. 15 апреля он продал партию товара за 5 826 000 рублей, после чего был задержан с поличным – как оказалось, полицейские вышли на него раньше всех, проведя проверочную закупку.

Экспертиза показала, что изъятая продукция опасна для здоровья: «Обнаруженные в спиртосодержащих жидкостях, сбытых [...] токсичные микропримеси, оказывают негативное воздействие на здоровье человека. А именно ацетон — наркотик, последовательно поражает все отделы центральной нервной системы; кротоновый альдегид — поражает сосуды и легкие, вызывает отек легких, перибронхит с нарушением эластичности волокон, пневмонию, дистрофию внутренних органов; бензальдегид — поражает периферическую и центральную нервные системы, печень, почки, дыхательные пути, желудочно-кишечный тракт», говорится в материалах дела.

Макиев свою вину признал, а суд принял его ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке. При вынесении приговора учли то, что у обвиняемого нет судимостей, двое детей, один из которых несовершеннолетний, к уголовной ответственности ранее не привлекался, на учете у нарколога не состоит.

Доказать, что подсудимый успел отравить кого-то алкоголем, у следствия не получилось, потому в марте 2014-го Макиев отделался 80 часами обязательных работ.

Дамира Гузаирова тоже задержали с поличным во время проверочной закупки. Недалеко от железнодорожного вокзала «Казань-1» он пытался продать три бутылки со суррогата под видом виски Jack Daniels, Black Label и Hennessy X.O. За все просил 1700 рублей. «Вышеуказанная жидкость не соответствует требованиям безопасности для жизни и здоровья человека при употреблении в пищевых целях», – гласило решение эксперта. Свою вину Гузаиров признал, информации о причиненном им вреде у прокуратуры не было. В декабре 2014 года Вахитовский райсуд приговорил его к штрафу в 30 тысяч рублей.

80 часов обязательных работ в июле 2014 года получил Р.Р. Хайруллин (имя и отчество в решении суда не расшифрованы) . Оперативники УЭБ и ПК МВД обнаружили в его гараже почти тонну спиртосодержащей продукции. Среди них были коробки как с баллонами без маркировки, так и с бутылками, на которых были наклеены этикетки известных брендов виски, рома и текилы. Эксперты определили, что жидкости изготовлены из непищевого этилового спирта, содержат токсичные микропримеси, признав их употребление опасным для здоровья.

Хайруллин вину признал, суд же посчитал, что «опасные последствия» действий подсудимого, «ввиду изъятия продукции из оборота», отсутствуют.

А вот К.Р. Чернов получил по 238 статье реальное наказание. В январе 2014 года он продал под видом коньяка 5 бутылок спиртосодержащей жидкости за 1500 рублей. Покупателем также оказался сотрудник полиции. Содержимое бутылок экспертиза назвала опасным. Чернов вину полностью признал и ходатайствовал об особом порядке производства по делу. Прокуратура не возражала, но против подсудимого сыграли его три предыдущие судимости (за грабеж и две за ДТП с пострадавшими). Как рецидивист Чернов получил полгода колонии, в противном случае он также отделался бы штрафом или обязательными работами.

В мае этого года Советский районный суд Казани признал виновным Р.К Валиахметова по статьям 171.1 ч.6 п. «б» (хранение в целях сбыта и продажа немаркированной алкогольной продукции в особо крупном размере) и 171.3 ч.2 п. «б» УК РФ (хранение и розничная продажа этилового спирта без лицензии в особо крупном размере). Валиахметов хранил алкоголь у себя на даче, там же и продавал, но иногда встречался с покупателями в городе — во время очередной сделки в октябре 2018 года его задержали. На даче, в гараже и автомобиле Валиахметова полицейские обнаружили более 45 тонн спиртосодержащей продукции, в том числе в стеклянных бутылках с этикетками водок «Талка», «Finskaya», «Нефть», «коньяк «Российский КВВК «Каспий». Следствие оценило изъятую продукцию на 3,3 млн рублей.

Подсудимый вину признал ходатайствовал о рассмотрении дела особом порядке. «Обстоятельствами, смягчающими наказание Валиахметова Р.К., суд считает признание вины, раскаяние в содеянном, немолодой возраст, болезненное состояние здоровья подсудимого и его близких, наличие на иждивении дочери-инвалида», указано в решении Советского райсуда. Валиахметов получил два года условно.

В полиции говорят, что многие из бутлегеров сбывают контрафакт в канистрах и не рискуют распространять свою продукцию в стекле с этикетками под видом легального алкоголя из-за возможности иска от правообладателей бренда. В этом случае платить придется намного больше, чем штраф по административному или уголовному делу. Впрочем, в вышеупомянутых случаях обошлось без гражданских исков.

Другой пример приводят уже в управлении экономической безопасности. У поставщика контрафакта из соседней с Татарстаном республики Марий Эл, у которого обнаружили пять тонн алкоголя. Бутлегер получил год условно и 50 тысяч штрафа.

— Если мы бы его просто привлекли по административке (ст. 14.17.1 «Незаконная розничная продажа алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции физическими лицами»), за то, что он без образования ИП и юрлица занимался алкоголем, ему бы дали от 200 тысяч штрафа. Это абсурд! — говорит сотрудник УЭБ и ПК МВД по РТ Роман. — На производство экспертизы — там был произведен забор больше 100 проб, а одна проба стоит около 2,5 тысяч — государство тратит больше, чем получает со штрафов. Это не считая усилий работников.

На просьбу рассказать, кто в Татарстане обычно занимается производством и сбытом контрафакта, Роман отвечает коротко: авантюристы, любители легких денег. Сделав паузу, продолжает:

— Это остатки от 90-х — нет образования, горы судимостей за спиной, нет нормальной работы. Денег нужно побольше заработать, а руки испачкать они не боялись никогда. Возраст: 40-50, есть старше. Молодежь тихонечко подтягивается, в основном из околокриминальной среды.

«На контрафакт надо молиться»

— Если бы он [контрафактный алкоголь] был вреден, то у нас миллионы трупов валялись вдоль дорог. Поэтому, политически, конечно, надо обвинять контрафакт в безобразном качестве, но в то же время на него надо молиться в определенной степени, — говорит руководитель Центра исследований федерального и региональных рынков алкогольной продукции (ЦИФРРА) Вадим Дробиз. — Я утрирую, но так и есть. Это алкоголь социальный, для бедных, и в целом он вполне нормального качества. Вроде травятся, но, как говорят медики, травятся не качеством, а количеством.

Дробиз полагает, что государство не теряет в прибыли из-за контрафакта: люди с зарплатами 15-17 тысяч не будут покупать легальный алкоголь, стоящий в 2-3 раза дороже произведенного незаконно. Альтернативой контрафакту Дробиз называет самогоноварение — ситуацию, когда потребители начнут производить алкоголь для собственных нужд.

— У нас алкоголь потребляет где-то 95 миллионов человек. Я не беру тех, кто раз в год пьет шампанское, — продолжает эксперт. — Из них 20 миллионов потребители контрафактной, суррогатной, фальсифицированной продукции. Они никуда не исчезнут, зарплаты у них не повысятся, потребности в алкоголе останутся прежними, поэтому государство ни копейки не получит — победит нелегальный рынок.

Но в УЭБ и ПК отмечают, что высокий уровень отравлений алкоголем и связанных с ним смертей в соседней республике Марий Эл вызван популярностью в регионе самогоноварения.

В МВД считают, что если ужесточить наказание за сбыт и производство контрафакта, то нелегального алкоголя станет меньше. Вадим Дробиз же уверен, что контрафакт можно победить только экономическими методами, а не силовыми:

— Дело в том, что государство легализовало, то что могло легализовать. В легальной рознице у нас до 2016 года продавалась нелегальная водка — 650 миллионов литров легальной и 300 миллионов нелегальной водки продавалось в рознице по цене легальной. Вот эту продукцию система ЕГАИС легализовала. На 30% больше денег стали собирать в казну в качестве акциза. Эта проблема решена, но для нищих, при том уровне потребности, легальный рынок недоступен, — говорит руководитель руководитель Центра исследований федерального и региональных рынков алкогольной продукции. — Либо легальный алкоголь должен стать в три раза дешевле, что невозможно, либо минимальные зарплаты должны подняться хотя бы в 2-2,5 раза — до 20-25 тысяч рублей. Тогда уровень контрафакта и суррогата сократиться до уровня Германии, Франции, Италии — до 10-12% от общего объема. Проблема не решается административными мерами — только экономическими, тем более, на том уровне проблемы, который есть в России.


Вместо эпилога

Разница между фальсификатом и контрафактным алкоголем в том, что производители последнего скрывают подделку под этикеткой известных брендов, чем вводят в заблуждение потребителей. Хотя и употребление алкоголя, соответствующего всем требованиям ГОСТа, может закончится трагедией.

«Водка сам по себе продукт не полезный, его много пить нельзя», — подытожил наш разговор Роман и рассказал историю, которая произошла в одной из казанских рюмочных на проспекте Победы. Трое распивали водку — не фальсификат и не контрафакт, как потом показала экспертиза. Когда водка закончилась, один из собутыльников благополучно ушел домой, двое других оказались под столом. Первого прибывшие медики откачали, второй скончался на месте.


Александр Шакиров

Комментарии