Создатели оперы про Хади Такташа не торопятся с ее премьерой

27 февраля 2019
Культура


В Доме Актёра имени Марселя Салимжанова прошла пресс-презентация камерной оперы «Минем Такташ», созданной Ильясом Камалом в рамках лаборатории «KazanOperaLab».

Оперная лаборатория стартовала в декабре 2017 года и уже успела представить первые творческие результаты – «1+6» Ляйсан Абдуллиной и «Бледно-голубую точку» Ильдара Камалова. Теперь на очереди третий проект молодой творческой группы, самый, пожалуй, сложный и спорный. Если первые два произведения – плоды фантазии авторов либретто, то готовящееся к показу замыкается на конкретной исторической личности – поэте Хади Такташе.

– Это самый любимый мой поэт, – уточняет либреттист Рузаль Мухаметшин. – Я восхищался его произведениями с детства. Да и до сих пор читаю и перечитываю. И пытаюсь понять его мир. Когда я предложил написать оперу о Такташе, все поддержали идею. Наверное, неправильно говорить, что событий, показанных в опере, не было совершенно, но по большей части история, рассказанная нами, – фантасмагория. Умирающий Поэт встречается с самим собой молодым и пытается понять смысл своей жизни. Его творчество, его судьба, его искания, его страдания и стали основой либретто.

Хади Такташ стоит в татарской литературе наособицу. Деревенское безмятежное детство, бурная, богатая событиями юность и необычайно ранняя зрелость – вот этапы его недолгой тридцатилетней жизни. И каждый из них полон своих загадок. Даже смерть его так до конца и не прояснена в биографиях. Кто-то указывает, что поэт умер от тифа, кто-то говорит – сильнейшая простуда, а затем воспаление мозга, кто-то намекает на заговор со стороны властей – мол, не угоден был… С 1932 по 1940 год его практически не печатали, затем появились всего две книжки, а с 1942 – опять полузабвение. «Сочинения» Хади Такташа в трёх томах были изданы только в начале 1980-х годов. Однако сегодня он – один самых популярных поэтов среди татарской молодёжи.

– Он не забыт, – горячится Рузаль Мухаметшин. – Наша проблема в том, что у нас много хороших писателей и поэтов. И естественно, кто-то забывается на время, кто-то выходит на авансцену истории. Это не делает тех, кто в тени, менее талантливыми, менее знаменитыми, менее удачливыми.

– Не надо оценивать то, кто и как запоминает этих людей, – перебивает его режиссёр спектакля Лилия Ахметова. – Мы просто снимаем шляпу перед этим человеком. Не надо Хади Такташа оценивать, надо любить его.

– Когда я брался за эту тему, – продолжает Мухаметшин, – знал, что опираться буду на письма Такташа, на его черновики, так и вышло. А вот оригинальные произведения поэта думал вовсе не использовать, но, к сожалению, этого у меня не получилось. Я хотел понять Такташа как художника, как творца, что этот человек мог почувствовать в час икс, когда понял, чего он достиг, а чего не смог достичь. Это не биографическое произведение, не байопик. Мне совсем не обязательно было восстанавливать по крупицам, как это было на самом деле.

Наверное, это самое правильное решение. Ведь, если следовать духовному завещанию Такташа, только в творчестве можно найти его истинную сущность. Помните его «Письма в грядущее»?

За жизнь свою
Я очень много
Анкет различных заполнял
И много раз, озорничая,
Как мне хотелось, так и лгал.
Перед чиновниками в этом
Я виноват.
Но не беда!
Ведь сколько б я ни лгал в анкетах,
Не лгал я в песнях никогда!


В камерной опере – всего три персонажа. Роль Поэта, стоящего на грани бытия и небытия, исполнит солист театра оперы и балета имени Мусы Джалиля баритон Артур Исламов. Партию молодого поэта поёт студент консерватории тенор Ильгиз Мухметзинов. Все образы, возникающие в воображении покидающего жизнь Такташа, доверены Эльзе Исламовой, создавшей образ Марфы Собакиной в нынешней премьере шаляпинского фестиваля опере «Царская невеста».

– Музыка как раз и пытается отразить внутренний мир Поэта, – вступает в разговор композитор Ильяс Камал. – Но это и отражение времени, в котором он жил и творил, всех противоречий эпохи. Я, конечно, старался приблизиться к мысли Рузаля, передать его замысел.

– Музыка очень красивая, – с улыбкой перебивает его Эльза Исламова, чьё лирическое сопрано создаст в опере ряд воплощений духа зла. – В нашем искусстве уже есть некие шаблоны, которым нас обучают в консерваториях. Скажем, арии в операх Пуччини, Верди, Доницетти строятся на повторяющихся музыкальных и текстовых фразах. Опытный вокалист за один вечер может их выучить. Здесь всё совсем по-другому. Прочитаешь либретто – вроде бы всё понятно. Вникаешь в музыку – там всё совершенно иначе, совсем другая мысль. В процессе репетиций произведение открывается с третьей, совсем до того неведомой стороны. Каждая картина, а их в нашей одноактной опере семь, – многогранна. Можно рассматривать её с разных сторон, можно исполнять её по-разному. Непонятно, как это объяснить, – певица замолкает, пытаясь подобрать слова.

Эльза Исламова будет воплощать в опере предсмертные образы Такташа

– Про музыку всегда говорить очень сложно, – помогает ей выйти из паузы Ильяс Камал. – Это как раз тот случай, когда лучше услышать самому, чем полагаться на мнение пересказчиков. Дождитесь премьеры…

– Материал действительно очень непростой, – вздыхает руководитель проекта «KazanOperaLab» Данияр Соколов, – требующий качества проработки, поэтому дата премьеры пока ещё уточняется. Опять же, если раньше мы ставили произведения на открытом воздухе, то это первый наш опыт постановке в театре. Вообще с этим спектаклем у нас многое впервые. Мы должны учесть все нюансы, взвесить все «за» и «против», освоить музыкальный материал, постановочные работы. Мы хотим подойти к премьере на сто процентов готовыми. Так что к зрителю выйдем с «Минем Такташ» в конце апреля, начале мая.

Режиссер оперы Лилия Ахметова

– Ставить эту оперу непросто и просто одновременно, – улыбается Лилия Ахметова. – Я же раньше работала только с драматическими актёрами. А мир оперы – он же невероятно завораживающ! Оказывается, текст далеко не всё способен передать. Это колоссальное удовольствие разгадывать смысл, воссоздаваемый музыкой. И потом воплощать его в актёрскую игру на сцене. Я иду вслед за композитором, и так рада, что с этим соприкоснулась! Певцы, оказывается, намного эмоционально отзывчивее, чем драматические актёры. Они тонко организованы и ранимы, а потому очень легко воспламеняемы.

– В современном мире опера не столь уж популярный жанр, – поясняет Ильяс Камал. – Это не только татарской национальной оперы касается. Из всех её форм сегодня только камерная опера переживает период расцвета. Поэтому, надеемся, что наше произведение вызовет интерес у зрителей.

– Я очень бы хотел, чтобы в зрителях пробудился интерес к творчеству и личности Такташа, – тут же добавляет Рузаль Мухаметшин. – Я бы хотел, чтобы они полезли в тома произведений или стали искать на просторах Интернета самые запоминающиеся его строки.

Хади Такташ и Адель Кутуй

«Каково место Такташа в татарской поэзии 20-х годов? Да с ним просто некого поставить рядом! Звезда Тукая уже отгорела, а созвездие Джалиля – Туфана – Хакима ещё не разгорелось», – когда-то писал Рафаэль Мустафин об этом голубоглазом романтике. «Я родился, чтоб таинственным звоном песен моих разнестись по стране», – уверенно заявлял сам Хади Такташ. Кто знает, может быть, именно «Минем Такташ» вдохнёт новую жизнь в старые строки поэта.


Зиновий Бельцев.

Материалы по теме
​Жизнь в тишине. Философский модус фестиваля «Науруз»
01:06, 6 июня
Культура
«1 день – 1 экспонат»: эскиз к поэме Тукая
07:05, 5 мая
Культура
​«Минем Такташ»: кому принадлежит жизнь поэта?
01:05, 5 мая
Культура
«1 день – 1 экспонат»: тетрадки с Тукаем
10:04, 4 апреля
Культура

Комментарии