Екатерина Винокурова. О башнях Кремля, петербургском позоре для Путина и человечности

17 декабря 2018
Интервью

Почему Метшина не получится поменять на Собянина и кого готовят в президенты Татарстана? Чего не любит рукопожатная публика? Какие вопросы СПЧ ставит перед президентом? Наконец, есть ли геи в Чечне? У нас вторая часть интервью с Екатериной Винокуровой. Напомним, в течение трех дней в телеграм-канале «TUKAY Говорит» (@suanasy) журналист беседовала с татарстанцами о разном. Первая часть стенограммы здесь, а мы продолжаем.

Об ответственности, рукопожатной публике и пафосе

«Читая вас, я начал путаться, а собственно говоря что такое журналистика? Какую она несет общественно политическую роль? Какие идеалы и ценности она преследует?»

«Тут мне нечего сказать, кроме как то, что есть журналистика факта и журналистика мнений (которая в последние годы во всем мире теснит и даже подменяет собой журналистику факта). Журналистика факта должна, по идее, стремиться давать читателю максимально объективную картину реальности. В журналистике мнения появляются колонки с оценками.

Я лишь честно говорю, что мир неидеален. Мне кажется, что такой вот неприятный, но честный разговор интереснее, чем лицемерный пафос».

«Я не хочу романтизировать журналистику и возлагать на нее слишком много надежд. Но нужно отметить, что в России, к моему глубочайшему сожалению, площадку для дискуссий и максимальную публичность имеют только журналисты и блогеры, худшее отребье общества шутка, но это не точно. Среди людей науки, да и вообще людей, на которых, казалось бы, должна держаться государственность подобных площадок нет, кроме программистов. Это я к тому, что журналисты (блогеры) должны более ответственно относиться к своей роли в обществе, потому что иногда складывается впечатление, что они и формируют политику в стране, это ужасно, но это так».

«И снова в вашем вопросе на самом деле их несколько. Начнем с конца. Журналисты и блогеры не формируют политику, это делают влиятельные финансово-экономические кланы скорее.

Что касается ответственности, я всегда за ответственность. Мой любимый тезис: деньги, власть или слава не дают свободы, а только наоборот увеличивают ответственность и накладывают ограничения.

Что касается людей науки, там на самом деле свои баталии, просто они мало отпечатываются в блогосфере».

«И, заканчивая тему журналистики, выскажитесь по поводу кейса Олега Кашина и о нулевой терпимости в либеральных СМИ, с правилом «своим все, а чужим общественное порицание и закон в квадрате».

«Я полностью согласна с тезисом о том, что к своим проявляется максимальная терпимость с обеих сторон, а вот к представителям иной баррикады спрос идет повышенный. В этом плане я, как и Кашин, давно (причем я приложила к этому ноль усилий) являюсь enfant terrible, и меня почему-то рукопожатная публика тоже не любит, после чего мы с этой публикой встречаемся на закрытых брифингах чиновников, где я задаю более резкие вопросы, чем они.

Кашин же демонстративно не замечает установленных приличными людьми правил приличной игры и постоянно совершает страшное преступление: живет, как хочет. Мое преступление перед этими людьми примерно такое же. А они, как только понимают (с обеих, повторю, сторон баррикад, они все очень схожи на самом деле), что не могут тобой командовать, то записывают во враждебные себе войска. Мне они все кажутся лицемерными, и мне ближе Кашин с его неприятными, но откровенными репликами.

Добавлю еще момент. Вот вчера девушка, работавшая на «Эхе Москвы», колумнистка их сайта Карина Орлова опубликовала текст про Марию Бутину, по степени фашизма и деления людей на высших и низших превосходящий примерно все, что в последние недели наговорил Кашин, раза в три. Я спросила тех, кто призывает к бойкоту Кашина и его увольнению отовсюду, как они относятся к фашистским совершенно взглядам Орловой. Они все хором мне ответили, что текста Орловой не читали, и вообще не обращают на нее внимания, а на Кашина обращают.

Я считаю это идеальной историей про лицемерие. Но и с кремлевской стороны баррикад аналогичных историй полно, просто мы меньше знаем ту публику».

«Ещё один вопрос. Расскажите кратко, пожалуйста, основные качества хорошего журналиста и пожелания вашим региональным татарстанскими коллегам! Спасибо!»

«Я желаю татарстанским коллегам не считать себя регионалами. Вы умеете делать совершенно замечательные медиа! На мой глубоко личный вкус, у вас пока меньше публикаций про благотворительные проекты, чем у федералов, было бы круто, если бы вы развивали это направление.

Что до качеств хорошего журналиста... любить свою работу, жить ей. Искренне интересоваться темой, на которую пишешь (в идеале журналист, пишущий о депутатах, должен разбираться в законодательстве лучше депутатов, благо, это несложно). Помните, что к 40 годам большинство коллег сойдут с дистанции. И вообще, забудьте про рекомендации. Их пишут ваши конкуренты».

О Собянине для Казани, Метшине для Москвы и клановости

«Перед тем как перейти к теме СПЧ, хочу спросить: похорошела ли Москва при Сергее Семеновиче?»

«Если постараться быть объективной, то есть и хорошее, и плохое. Из хорошего: парки. Они правда стали крутыми и удобными для отдыха. А вот московский стройкомплекс в нынешнем виде должен умереть. Еще лично мне нравятся ярмарки, особенно когда они не в центре, а в спальных районах. А вот количество реагентов, которые сыплют зимой, давно превысило здравый смысл.

Мне кажется, у москвичей есть оформленный запрос на сопричастность решениям и активное в них участие. Власти с каждым годом придется его все больше учитывать».

«Как вы смотрите на то, чтобы поменяться мэрами, мы вам нашего Ильсура Метшина, а вы нам Сергея Собянина? Поясню, Метшин один из наиболее вероятных преемников на должность нового президента Татарстана».

«На самом деле, если совсем честно, я знаю, что многие регионы не отказались бы от мэра Собянина. Поменяться не выйдет: у москвичей есть мнение, что следующим мэром должен быть коренной житель столицы. Также будут увеличиваться конфликты со стройкомплексом, наши любимые темы пробок и реагентов, плюс растет запрос на экологичность. Ну и запрос на антиэлитность и на включенность жителей в принятие решений.

«А как вы относитесь к работе Марата Хуснуллина в Москве (wiki: Deputy Mayor of Moscow in the Government of Moscow for Urban Development and Construction)? Он, кстати, еще один очень вероятный претендент на пост главы республики Татарстан».

«А вот к работе стройкомплекса, который курирует Хуснуллин, я отношусь отвратительно. Я считаю, что жилье (не элитное), которое сейчас строится, не соответствует понятию комфортной среды проживания. Продолжается снос исторического центра, строятся «человейники», хотя вообще мир ориентируется на малоэтажную застройку. Наконец, реализуются скандальные проекты вроде продажи одиозному застройщику ПИК земли под крепкими жилыми домами в Кунцево, когда людей фактически принуждают к переезду.

Я считаю, московский стройкомплекс должен повернуться лицом к людям, а не к застройщикам и полностью пересмотреть концепцию своей работы».

«Нам же чиновница из Екатеринбурга, недавно снова приступившая к работе, сказала, что государство нам ничего не должно. Или все же должно?»

«Я, в отличие от нашего либерального правительства, придерживаюсь социал-демократических взглядов. Более того, государство должно работать для людей, это скорее сервис, чем одушевленная сущность, которую надо кормить три раза в день.

Мне как раз хочется от государства большей человечности и внимания к каждому гражданину, а не текущего следования заповедям Айн Рэнд».

«Как вы относитесь к семейной или корпоративной клановости, например если вы мэр столицы, а ваш брат мэр другого крупного города?»

«Смотрите, мой родной младший брат работает в Газете.ру. И, с одной стороны, мы с ним совершенно не про клановую историю, просто нам обоим нравится работать по одной профессии, с другой стороны все знают, что он мой брат.

Впрочем, тут доходит до смешного скорее. Недавно мой брат был в командировке в Нью-Йорке, летел в самолете, когда по его работе срочно понадобилось заполнить анкету на его визу в Индию. Пресс-служба, недолго думая, начала звонить мне и заполнять анкету пришлось мне.

Я считаю, что человека нельзя назначать на должность только по клановым соображениям, должны быть в первую очередь профессиональные критерии».

«Очень любопытное мнение. То есть я правильно понимаю, что если вывести из конкурентного поля все население, а оставить только вас с братом и предположить научить вас неким базовым профессиональным качествам, то вы готовы принять такой вид условной клановости?»

«Тут нет клановости. Если брат будет плохо работать, его уволят, то же самое касается меня. А вот брать уже к себе в подчинение родственников не стоит. Плоха и схема, при которой, например, муж распределяет господряды, а жена выигрывает его же тендеры.

Плоха схема, при которой клановость ограничивает социальные лифты: все эти династии актеров, режиссеров, кстати, и политиков.

Общество должно быть живым, возможности должны быть у всех».

«Согласен с Екатериной, равенство возможностей и конкуренция должны быть везде. И при найме работодателем сотрудника и на выборах. Екатерина, вы же не будете отрицать, что монопольный статус самой известной партии никак не коррелирует со светлыми будущем для нашей с вами страны?!»

«Ну, во-первых, я люблю повторять: у Кремля много башен. Внутри «Единой России» на самом деле много внутренней конкуренции. Но в целом я полностью согласна с вами: монополия ведет к деградации. И, конечно, для будущего нашей страны необходим демонтаж монополии «Единой России».

О дедовщине в СПЧ и вопросах к Путину

«Оставшиеся три часа поговорим о Совете при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ). Екатерина расскажите пожалуйста новый состав проводил анализ работы предыдущих составов СПЧ? Если да, то какие ошибки вы выделили и какие планы выработали, чтобы их не совершать?»

«Новый состав пока готовится включиться в работу комиссий, у нас через пару дней заседание на эту тему. Изучаем регламент, приняли вот первое заявление по Льву Пономареву. Готовим рекомендации по реформе ФСИН... Я не считаю, что прошлые созывы СПЧ делали ошибки, я хочу просто внести скромный вклад в общее дело».

«Периодически сталкиваюсь с мнением, что СПЧ наиболее активно занимается Московскими делами, забывая при этом регионы. Будет ли что-нибудь делаться новым составом в этом направлении?»

«Я как раз хотела бы больше заниматься судьбами простых людей в регионах, а не защитой каких-то медийных персон, если честно. Но для меня дело чести сейчас — помочь вытащить из СИЗО всех фигурантов «Нового величия», а девочек Аню Павликову и Машу Дубовик отправить из-под ареста на лечение.

Я думаю, будем совместно работать со знакомыми депутатами (например, с моим другом Сергеем Шаргуновым), у них в регионах есть приемные. С правозащитными организациями, с НКО... Придумаем механизм».

Дело «Нового величия». Продление ареста Анны Павликовой.

«Полностью солидаризируюсь с вам, что касается дела «Нового величия». Но если не ошибаюсь адвокатом одной из участниц этого дела выступает Николай Сванидзе, это правда? И он/она не являются ли родственницей Сванидзе из СПЧ?»

«Немного ошибаетесь. Николай Карлович, как и я, были поручителями за Машу Дубовик, когда решался вопрос отпустить ее из СИЗО под домашний арест».

«Как вы считаете, какова реальная причина выхода из предыдущего состава СПЧ Максима Шевченко: его позиция о реальной бесполезности СПЧ, или драка со Сванидзе? И есть ли в СПЧ некое понятие вертикали (пусть даже негласное) – превосходство старожил над новичками, хотя бы понятийное, например, Карлович дружит с Федотовым, и от греха подальше с ним лучше не ссориться… Или у вас там реальная горизонтальная демократия и идиллия?»

«У нас неиерархическая структура. Я бы не хотела комментировать коллег, мне это кажется неэтичным. Пока мне коллектив наш нравится, все взрослые и интеллигентные. Я даже все время боюсь сделать что-то не то, кого-то обидеть, повести себя недостаточно культурно или вежливо.

Плюс я самая младшая, и мне сейчас важно, что мои предложения воспринимают серьезно, обсуждают».

«СПЧ нового созыва будет ли рваться на Кавказ (и Чечню), чтобы защитить права жителей этих регионов или лишний раз не будет туда лезть?»

«У СПЧ есть постоянная группа мониторинга по правам человека в республиках Северного Кавказа».

«Есть ли геи в Чечне?»

«И не только геи, конечно. Другое дело, что, думаю, они стараются все же уехать в европейскую часть страны».

«Как я понимаю СПЧ это неоплачиваемое занятие. Но вероятно есть некоторые расходы, которые вам оплачивают. Если да, то какие и о каких суммах идет речь, например в месяц?»

«Ни о какой компенсации расходов речи не идет. Я продолжаю получать зарплату в «Знаке», писать фрилансом для других изданий. Видимо, часть денег придется теперь тратить на поездки СПЧ».

«Ну раз так, могу предложить вам свою (нашу) помощь по Татарстану, касаемо получения более полной картины о нарушениях прав человека в республике или, по возможности, скоординируем вас куда, кому и как лучше обратиться».

«Отличная идея! Только дайте мне времени до Нового года разобраться, как устроена работа СПЧ изнутри, хорошо?»

«Я не настаиваю. Мое дело предложить помощь, а ваше дело иметь ввиду или не иметь».

«Принято!»

Заседание Совета по развитию гражданского общества и правам человека 11 декабря 2018 года.

«Вопрос от нашего читателя: tatarbas:

Добрый день. Что Вы можете сказать по поводу статьи 68 пункты 2 и 3? (П. 2. Республики вправе устанавливать свои государственные языки. В органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных учреждениях республик они употребляются наряду с государственным языком Российской Федерации.

П.3. Российская Федерация гарантирует всем ее народам право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития.

И как вы растолковали бы слово «гарантирует» в этой же статье, пункт 3?»

«Мне кажется это совершенно правильным федеративным принципом. Я думаю, на самом деле вас интересует мое отношение к обязательности изучения татарского языка в школах Республики Татарстан. Если бы я жила в Татарстане, с удовольствием бы выучила татарский, не вижу ничего в этом плохого.

Ой, кстати, у меня в семье есть и татарская ветка по одной из прабабушек, но астраханская, а не казанская. Так что татарский учить — это хорошо и правильно!

«Как я понимаю СПЧ обладает не только широкими возможностями информировать общество, потому что в ее состав входят известные люди, но и возможностью один, два раза в год обратиться к «солнцеликому». У меня вопрос скорее в том, почему члены СПЧ, которые своим трудом в своей жизни добились многого не пытаются реформировать СПЧ и не пытаются выбить себе больших полномочий?»

«Мне кажется, будучи в СПЧ менее двух недель, сложно ответить на этот вопрос. Но я на встрече просила президента вернуть членам СПЧ право посещения СИЗО и колоний с проверками.

Что касается «информирования», я потому и думаю про партнерство с депутатами, чтобы повысить эффективность. Я вообще верю в синергию и закон сложения усилий».

«Расскажите о своих впечатлениях от встречи с президентом страны и какое впечатление он произвел лично на вас? Это ваша первая встреча с ним? Долго готовили вопрос/предложение и получи на него ответ, который ожидали? Исполнит?»

«Владимира Путина я раньше видела на ежегодных пресс-конференциях, съездах «Единой России» и ОНФ, других мероприятиях такого рода. Могу сказать, что разговор получился гораздо более жестким, чем все перечисленные встречи. Члены Совета вежливо, но жестко рассказывали Путину про пытки в системе ФСИН, про провокацию в деле «Нового величия», по очереди заступались за льва Пономарева, а режиссер Александр Сокуров просил освободить Олега Сенцова. Я попросила президента дать поручение Генпрокуратуре по «Новому величию», о чем я уже говорила выше. Также я поставила перед ним вопрос о немотивированных отказах заключенным в УДО и о разрыве государства с молодежью в целом. Кроме того, я коснулась дикой, на мой взгляд, истории с проектом «Последний адрес» в Санкт-Петербурге, где мемориальные таблички в память репрессированных хотят приравнять чуть ли не к рекламным билбордам. Я сказала ему, что считаю это позором. Путин, как и со всеми другими, сказал, что надо думать и обсуждать. Так что вдруг хоть что-то да получится? Было бы очень здорово».

«Благодарим вас Екатерина за очень содержательное интервью и желаем успехов во всех ваших начинаниях».

«Спасибо большое и вам! Теплый привет Татарстану!»

***

Напомним, в первой части интервью с Екатериной Винокуровой речь шла «о протесте и аресте, кейсе ГРУ и биполярочке». Чуть раньше «Тукай» поговорил с Олегом Кашиным: о русском национализме, языковом вопросе и «сумасшедшей женщине Альбац» – это часть 1, а в части 2 у нас саморазоблачения. Еще была беседа с Сергеем Бадамшинымчасть 1 о витаминках для депутатов, адвокатской этике и проблемах судебной власти, и часть 2 о кейсе судьи Хахалевой.

Новости от партнеров

Комментарии