$ 66,24
75,70
Казань -3 °C

​Сохранить душу для чуда

2 декабря 2018 | Культура


В Казанском татарском государственном театре юного зрителя имени Габдуллы Кариева состоялась премьера спектакля «Кәҗүл читек» (Сафьяновые сапоги). В числе первых зрителей был и наш обозреватель.

В основе этого двухчасового представления – две тысячи двести двадцать слов, написанных более века назад великим писателем Гаязом Исхаки, объявленным большевиками врагом народа и возвращённым в историю национальной культуры только после падения коммунистического режима. Для татар не знать художественного и публицистического наследия Исхаки, всё равно, что для русского никогда не читать произведений Пушкина или никогда не слышать о Гоголе. Его герои шагнули на страницы повестей и романов прямо из жизни. В своих незатейливых историях Исхаки рассказал о бытовой повседневности татар рубежа XIX-XX веков, никого не осуждая и ничего не приукрашивая.

– Он говорил о тех, о ком мы обычно забываем, – о «маленьких» людях, о нас с вами, на которых, собственно, и держится этот мир, – размышлял главный режиссер Казанского татарского государственного театра юного зрителя имени Г. Кариева, поставивший этот спектакль, Ренат Аюпов. – Я сам родом из деревни, и мне близок простой труженик, находящий своё счастье в счастье близких ему людей.

Его «Кәҗүл читек» – завораживающее феерическое действие, в котором смешались детские фантазии, сны и реальность. На русский язык название почему-то переведено как «Необыкновенные ичиги», тогда как названия произведений Гаяза Исхаки всегда просты и номинативны. Сафьяновые сапоги – предмет мечтаний маленького Ахмадуллы. Только о них и может он говорить и думать накануне праздника Курбан-байрам. Новые, сшитые специально для него, никем никогда не надёванные – вот оно, настоящее чудо великого праздника.


«Вещность» ожидаемого чуда в творчестве Гаяза Исхаки занимает особое место. Здесь он идёт вслед за гоголевской «Шинелью». Но в отличие от Башмачкина Ахмадулла находит в себе способность преодолеть узость бездуховной жизни и через веру в Бога прийти к истинному пониманию чуда.

Ляйсан Закирова, ученица курса Аюпова в Казанском государственном институте культуры, дебютировавшая на театральной сцене в роли Ахмадуллы, сумела воссоздать всю гамму чувств мальчишки, переживающего нравственное преображение и открывающего для себя мир добра и любви. Наблюдать за актрисой чрезвычайно интересно – её герой каждую минуту разный, он живёт, он чутко реагирует на всё, что происходит и внутри, и вокруг него. Глядя на Ляйсан, понимаешь и то, что одной только естественной жизненной органики для театра мало, требуется определённая сценическая энергия, которой у Закировой хоть отбавляй. И юный зритель, которого обмануть невозможно, абсолютно точно реагировал на рисунок роли, созданный дебютанткой.

– Гаяз Исхаки так пишет свои произведения, что они, несмотря на жанр, смотрятся как готовые сценарии, – пояснил Ренат Мирзахасанович. – Для режиссёров и артистов воплощать созданные им образы очень легко: там прописан характер, там прописаны поступки, там прописаны эмоции. Это мощнейший татарский прозаик! Взять хотя бы «Кәҗүл читек» – рассказ в пяти листах уместил целую жизнь. Тут есть всё: и психология мальчика, и его будущая судьба, и то, что он возьмёт от своих родителей во взрослую жизнь, и мир деревенских отношений… Каждый раз, соприкасаясь с творчеством Исхаки, я открываю для себя, для труппы, для зрителей новые составляющие национальных черт, традиций, менталитета.

«6+» стоит на афише спектакля. Это значит, что актёров каждый выход на сцену ждёт самая сложная аудитория. Она не прощает им ни плохого самочувствия, ни плохого настроения, ни плохого понимания характеров и поступков своих сценических героев. И, тем не менее, режиссёр доверяет сложную психологическую драму молодой части своей труппы – шакирды, вместе с которыми учится Ахмадулла, играют главного персонажа вместе с Ляйсан Закировой, как свита играет короля. Атмосфера непринуждённости, искренности, естественности становится важнейшей частью спектакля, на фоне которой и разыгрывается непритязательная история о необыкновенных ичигах, так и не привезённых отцом Ахмадуллы (Фанис Калимуллин) из Казани.

Мир мальчика полярен, в нём есть место и светлым играм, и ночным кошмарам. С одной стороны, его оберегают женщины – бабушка (Рамзия Закирзянова), мама (Диляра Зиннатова) и старшая сестра (Алия Калимуллина), с другой, жёстко формируют брат (Эльдар Гатауллин), учитель (Нуриахмет Сафин) и друг (Булат Гатауллин). Каждый из них обладает своим характером, своей правдой жизни, но все вместе они и создают ту самую реальность, которая ни хороша, ни плоха – она просто есть, и надо только найти своё место в ней, сохранив благородство чувств, веру в идеал и цельность своей натуры.

«Сафьяновые сапоги» – не первое обращение режиссёра к наследию Исхаки, в его послужном списке уже есть инсценировки рассказов «Кэлэпушче кыз» («Вышивальщица тюбетеек»), «Соннэтче бабай» («Совершающий обрезание»), «Остазбикэ» («Жена муллы»).

– Эта эпопея продолжится у меня столько, сколько Аллах даст мне времени, – уверенно сказал Аюпов. – Следующим я буду воплощать на сцене роман «Телэнче кызы» – «Попрошайка». Это очень актуальное произведение о людях, потерявших семью и маленькую родину. Главная героиня – девочка, оставшаяся сиротой, прошедшая нелёгкий путь взросления и нашедшая свою любовь. Может, в нашем театре, поставлю, может, в других татарских театрах. В репертуаре Альметьевского татарского государственного драматического театра, например, нет ничего из Гаяза Исхаки…

Спектакль «Кәҗүл читек» в какой-то степени стал дебютным и для самого Рената Мирзахасановича. Здесь он впервые попробовал свои силы как пластический режиссёр: психологическая разработанность роли сочетается здесь с графической чёткостью жеста, позы, походки актёра.

Достичь максимума выразительности через тело – задача непростая. Каждую мизансцену Аюпов выстраивает предельно точно и образно. Вот Ахмадулла фантазирует как будут смотреться на его ноге сафьяновые сапоги, вот он разыгрывает их скрип, вот его поддразнивает друг, вот шакирды наполняют класс, снимая обувь при входе, вот зазвучал в их исполнении азан… А как красиво, как поэтично выстроен возврат стада с пастбища. Как страшен и одновременно завораживающ сон Ахмадуллы, в котором его преследуют огромные сафьяновые сапоги. Как философски-мистична ожившая история Ибрагима и его сына Исмаила, рассказанная бабушкой.

Музыкальная ткань спектакля, талантливо созданная Миляушой Хайруллиной, – неотъемлемая часть этого пластического действа. Молодой, но уже достаточно известный композитор, она сумела органично войти в стилистику Гаяза Исхаки, в метафоричность его языка, в особый вокализм построения предложений.

Почти два часа без антракта, а ощущение, что ты только вошёл в зрительный зал. С первых минут приняв и полюбив мир маленького Ахмадуллы, ты не спешишь расстаться с ним даже тогда, когда отзвучала последняя мелодия и актёры вышли н поклон. Это ли не свидетельство настоящего успеха и прогноз долгой жизни спектакля, заставившего задуматься над тем, как же всё-таки сохранить свою душу для настоящего чуда?


Зиновий Бельцев.

Фотографии: Пресс-служба Татарского государственного театра юного зрителя имени Габдуллы Кариева
Новости от партнеров
Комментарии
Комментарий не более 500 символов.
Введите цифры с картинки
Все новости