$ 65,82
77,38
Казань +15 °C

​Дело жителей поселка Мостоотряд-3 дошло до суда

4 июля 2018 | События

Жительница казанского поселка пытается получить моральную компенсацию за то, что ее сын оказался на больничной койке в результате токсического отравления, вызванного, по ее мнению, пожаром на лакокрасочном производстве. Адвокат ответчика настаивает на том, что отравление и пожар – два не связанных между собой события.

3 июля в суде Московского района Казани состоялось первое рассмотрение дела по иску жительницы казанского поселка Мостоотряд-3, домохозяйки Марии Змудзиной к ПО «Меркурий», которое занимается производством красок, лаков, мастик и прочей подобной продукции. Напомним, что на территории ЖБИ-3, арендуемой «Меркурием» под производство, 14 мая примерно в 8.30 произошел пожар. Загорелись цистерны химикатами, используемыми для производства краски.Несколько жителей поселка Мостотряд-3 почувствовали недомогание разной тяжести, двое из которых были госпитализированы с диагнозом «химическое отравление». В их числе оказался и старший сын Змудзиной, которая подала иск о взыскании с ПО «Меркурий» морального вреда в размере 500 тысяч рублей плюс судебных издержек в размере 300 рублей.

Интересы истца на суде также представляла известная в Казани гражданская активистка, юрист «Открытой России» и, в недавнем прошлом, глава предвыборного штаба Ксении Собчак Эльза Нисанбекова, представившаяся суду безработной. В основном в ходе заседания правозащитница соглашалась с судьей, лишь один раз усомнившись в доводах ответчика.

Перед заседанием Змудзина сообщила собравшимся журналистам, что уже много лет жильцы многострадального Мостотряда-3 требуют расселения аварийного барачного поселка. Но пока безуспешно. Поэтому переезжать им некуда. Хотя последствия пожара, по словам истицы, до сих пор полностью не ликвидированы, а работу предприятия на время следствия приостановили. Пока же люди живут в окружении предприятий с трех сторон, без воды, тепла, газа и транспорта.

Нисанбекова перед судом сообщила, что планируется подать еще один, на этот раз коллективный иск от всех жителей Мостотряда-3 с жалобой на неблагоприятную экологическую обстановку.


Открывая заседание, судья Московского районного суда Казани Светлана Солдатова по просьбе истицы приобщила к делу справку от Главного управления МЧС по РТ о самом факте произошедшего 14 мая пожаре. Представительница интересов ПО «Меркурий», адвокат Ольга Камалетдинова со своей стороны попросила приобщить к делу договор аренды на нежилое помещение с ЖБИ-3, в котором, собственно, и случился пожар. Зачем адвокату это понадобилось и какую роль играет этот договор в ходе рассмотрения – осталось неясным. Но на этой стадии процесса у сторон не было взаимных возражений.

Также Камалетдинова сообщила, что на указанной территории ЖБИ-3 арендуют площади и другие производственные организации, которые могут нанести ущерб природе. Тем самым, по-видимому, намекая суду, что источник отравления жителей может быть где-то еще.

Первой выступила Змудзина, в очередной раз поделившись своей непростой историей. По ее словам, 14 мая они с сыном планировали с утра посетить больницу, чтобы сделать прививку. В момент начала пожара они находились на заправке, примерно в 4 км от поселка. Услышав хлопки взрывов и увидев пожар, они вернулись, чтобы вынести из дома документы и отвязать домашних животных на всякий случай. В доме они находиться побоялись – строения ветхие, а как будут развиваться события, тогда еще не было понятно. Младший сын Змудзиной ушел к ее подруге, на другой конец поселка. А старший находился около нее. Хозяйка особо обратила внимание на то, что практически все, кто находился тогда в поселке, почувствовали неприятный запах. Химикаты растекались рядом с поселком, который расположен в низине. Истица сообщила, что выехать из поселка на тот момент не было возможности, поскольку въезд перегородили пожарные. Только ближе к 12.30 Змудзина с детьми поехала к сестре. Уже в дороге старший сын был вялым. А когда они приехали – около 14.00 – ему сразу стало плохо, появилось сильное головокружение.


С 14 до 16 часов ребенок провел в стационаре. Затем он проходил лечение амбулаторно в детской поликлинике. Змудзина отметила, что сын учится в кадетской школе и до этого случая не испытывал проблем со здоровьем. Кроме того, по словам истицы, в день пожара плохо себя чувствовали и другие дети в поселке.

Адвокат, нанятый «Меркурием», начала свою речь с того, что ответчик не признает иск. По словам Камалетдиновой, в материалах дела отсутствует причинно-следственная связь между случившемся пожаром и госпитализацией ребенка. И действительно, у Змудзиной с собой не оказалось ни истории болезни, ни иных медицинских документов, где был указан диагноз ребенка. Все справки, объяснила истица, находятся в поликлинике и школе. По всей видимости, адвокат имела в виду, что токсическое отравление каким-то чудесным случайно совпало по времени со случившимся пожаром. Либо вещества, образовавшиеся в результате горения и попавшие в воздух, не способны причинить вреда даже детям.

Стоит отметить, что «Казанский репортер», находившийся во время происшествия в поселке, на себе почувствовал едкий запах горящих химикатов, не говоря уже о том, что столб черного дыма от пожара был виден практический по всему городу. Более того, токсичная смесь хлынула как раз в поселок, так что местные жители вынуждены были окапываться, чтобы защитить свои участки. В итоге река из ацетона и пожарной пены ушла в лесопарк Лебяжье. Превышение допустимых норм вредных примесей зафиксировала и комиссия Минэкологии, которая прибыла на в Мостотряд-3 сразу же после того, как пожарные завершили тушение.


Кроме того, Камалетдинова уверенно высказала мнение о том, что при должной осмотрительности матери, территорию распространения продуктов горения можно было бы покинуть раньше (видимо, пешком через лес), и тогда ребенок бы не пострадал. Об осмотрительности производственников, которая могла бы вообще предотвратить пожар и всю последующую цепочку событий, адвокат даже не заикнулась. Вообще большая часть времени судебного заседания было посвящено разбору действий Змудзиной. «Меркурий» же упоминался только вскользь.

Камалетдинова заявила два ходатайства: вызвать в суд сотрудников Минэкологии РТ, производивших отбор проб, и врача, готовившего документы по выписке пострадавшего мальчика из больницы. Представителю ответчика захотелось узнать, что именно в анализах свидетельствовало об отравлении. И осматривал ли пациента токсиколог. Также Камалетдинова сообщила суду, что неплохо бы определить точное расстояние от очага пожара до места, где находился мальчик.

Нисанбекова, возражая, заявила, что в вызове врача в качестве свидетеля нет необходимости, поскольку все необходимые суду обстоятельства указаны в медицинских документах, например, в медкарте мальчика. Против первого ходатайства ни у кого возражений не было.

У присутствовавшего на заседании прокурора не оказалось вопросов к ответчику. Он лишь попросил Змудзину ответить на несколько уточняющих вопросов. В остальном его роль сводилась к фразе «На усмотрение суда».

Судья Солдатова постановила назначить рассмотрение дела по существу на 18 июля. На следующее заседание вызвать пострадавшего несовершеннолетнего, предоставить истцом выписку из домовой книги, в качестве третьего лица привлечь к делу завод ЖБИ.


Дмитрий Смирнов, Антон Райхштат.

Фотографии: Владимир Васильев, Антон Райхштат
Новости от партнеров
Комментарии
Комментарий не более 500 символов.
Введите цифры с картинки
Все новости