$ 66,61
75,53
Казань -6 °C

С чего начинается Нуриевский фестиваль

31 марта 2018 | Культура

Сегодня в Татарском академическом государственном театре оперы и балета имени Мусы Джалиля началась продажа билетов на спектакли XXXI Международного фестиваля классического балета имени Рудольфа Нуриева. Обозреватель «Казанского репортёра» тоже постоял в очереди.

А ЛЮДИ ВСЁ РОПТАЛИ И РОПТАЛИ

Я вошёл в фойе театра ровно за час до открытия кассы. Два десятка человек устало жалась к стене, увешанной репертуарными афишами. Самые первые стояли в очереди уже без малого пять часов.

– С восходом солнца пришли сюда, – без видимых эмоций на лице прокомментировала мне одна из его соратниц по добыче заветных билетов. – А вон тот мужчина всегда раньше меня здесь оказывается, что на Шаляпинский, что на Нуриевский…

Я занял своё место в очереди за юношей с номерком, написанном синей пастой прямо на руке. Наверное, только здесь ещё остался этот допотопный обычай фиксировать себя таким образом на карте события. А старики-то наверняка вспомнят, как в тяжелые перестроечные годы люди писали номерки на руках в доказательство своей правоты: отойдешь в сторону, скажем, до туалета добежать понадобилось, и заветное место в цепочке будет навсегда потеряно. «Вы тут не стояли!» – твёрдо произнесут те, кто подошёл позже. И попробуй ввинтись обратно в плотно спрессованную толпу.

Впрочем, и инновации оказались не чужды и театраманам: как доказательство своего присутствия они фотографировали на телефоны стоящих впереди них на фоне афиш. Не на память, а чтобы доказать, что был, мол, тут, стоял, иначе, мол, откуда снимок-то…

– Это же во сколько мне билетик обойдётся? – вполголоса приговаривала женщина, стоящая чуть впереди меня. – Я ж сюда на своей машине приехала, транспорт-то ещё не ходил, поставила на стоянку, а она же платная…

Билеты на фестиваль и так немножко дороже рядовых спектаклей – от пятисот до трёх тысяч рублей за кресло.

– Ну и что, – негромко возразила ей соседка, – хотя в другое время и дешевле сходить можно, но ведь хочется окунуться в атмосферу праздника. Вот бы к нам не только столичных гастролёров привозили, а, скажем, из Екатеринбургского или Пермского театра. Там такие интересные постановки.

– О чём Вы говорите! – вскинула брови её собеседница. – Пермская балетная школа одна из лучших не только в России. А помните, в 1994 году американская балетная труппа «Вечно зелёный город из штата Орегон» танцевала отрывки из классических балетов в стиле модерн? Всё-таки фестивалю не хватает современной «сумасшедшинки».

И их разговор плавно повернул в русло воспоминаний о прошедших годах Нуриевского.


ДЫШИТЕ ГЛУБЖЕ, ВЫ ВЗВОЛНОВАНЫ

Шторки на окошечке кассы распахнулись ровно в десять часов. Хвост очереди из сотни человек к этому времени спустился по ступенькам к входным дверям в гардероб.

– А немного народу-то пришло, – как бы мысля вслух сказал я. – Раньше, помнится, битвы в очередях бывали.

– Да разве важно сколько пришло? – возразила мне соседка. – Важно сколько билетов в одни руки отпускать будут…

Женщина, возглавлявшая очередь, наклонилась к проёму в стеклянной перегородке и что-то зашептала кассиру. Та произвела ряд манипуляций на стоящей перед ней клавиатуре, и на экране вспыхнула схема зала, над которой было написано название спектакля и дата его показа. Маленькие квадратики, символизировавшие кресла, были в основном белыми. Цветных я насчитал в партере чуть больше десятка. На каждом из трёх ярусов их было чуть побольше. Вот эти цветные места и были в продаже. Белые уже отсутствовали…

Люди испуганно выдохнули и достали гаджеты, чтоб зайти на Kassir.ru. Но и там картина оказалась не радужнее.

– А ведь только открылись…

– Наверное, через распространителей разошлись билеты.

– Да нет у распространителей хороших мест, партер им вообще очень редко дают.

Неизвестно, сколько бы продолжался этот гомон обречённых, но из репродуктора донёсся голос кассира, подводящего итоги первой покупки:

– Двадцать три билета на пятьдесят пять тысяч.

И толпа вновь тревожно сглотнула воздух.

– Надо ограничить количество билетов в одни руки! – судорожно вскрикнул кто-то.

– Правильно, – поддержали его, – не больше четырёх билетов на спектакль!

Но при этом все понимали, что ситуацию это не изменило бы. Восемь представлений в фестивальной афише – это же тридцать два билета при такой квоте. А что если ограничить число спектаклей, которые может посетить покупатель? И не важно, что закон стоит на страже потребителя и не позволяет администрации театра вмешиваться в регулирование процесса, определяя норму отпуска товара, каковым здесь оказалось искусство. Атмосфера накалялась, но до рукоприкладства на сей раз не дошло…

ВСЁ ТЕ ЖЕ, ВСЁ ТАМ ЖЕ?

Внимательно изучаю фестивальную афишу. «Баядерка» Людвига Минкуса впервые появилась в афише Нуриевского в 1993 году и с тех пор ни разу не покидала её. Правда, сейчас балет обещают показать в новой постановке, максимально сохранив при этом хореографический текст Мариуса Петипа. «Лебединое озеро» Петра Чайковского было уже на первом фестивале в 1987 году и вот уже тридцать первый раз порадует зрителя. С вечнозелёным «Шурале» Фарида Яруллина – почти та же история: с первого фестиваля он почти каждый год лесное чудище пытается сломить гордый нрав Сюимбике. «Дон Кихот» всё того же Людвига Минкуса вышел на фестивальную сцену в 1995 году и теперь ежегодно защищает обиженных. «Ромео и Джульетта» Сергея Прокофьева – в 1991 году показал Киевский музыкальный театр для юношества, а с 1999 года этот балет прописался в труппе нашего театра. В прошлом году он был успешно обновлён.

Новые для казанского зрителя, пожалуй, лишь «Чайковский. Pro et Contra» Санкт-Петербургского государственного академического театра балета Бориса Эйфмана да спектакли Московского музыкального театра имени К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко «Сюита в белом», поставленный Сергеем Лифарём на музыку Эдуара Лало, «Маленькая смерть» Иржи Килиана на музыку Вольфганга Амадея Моцарта и «Вторая деталь» Уильяма Форсайта на музыку Тома Виллемса.

– Не на то вы смотрите, – опять пытается помочь мне соседка по очереди. – Надо смотреть не на то, что танцуют, а на то, кто танцует.

А исполнители нынче и из Франции – Матильда Фрустье, и из Америки – Витор Луиз, и из Германии – Лауретта Самерскаль и Иштван Саймон, и кубинцы – Адиарис Алмейда и Тарас Домитро, и из белорусского Большого театра – Яна Штангей, Александра Чижик, Егор Азаркевич, «Шурале» нам подарят восходящие «звёзды» из Мариинки – Рената Шакирова, Тимур Аскеров и Давид Залеев. За каждым из этих имён – не просто престижные награды и звания, но тысячи поклонников, восторженно аплодирующих им.

Да и «звёздам» нашего театра фестиваль придаёт особые силы. Сами понимаете, танцевать на празднике в окружении именитых гостей – это особая ответственность. А уж тем более танцевать в обновлённом спектакле, открывающем фестиваль. Да каком! Художественный руководитель балета театра Владимир Яковлев когда-то пояснял:

– «Баядерка» – шедевр мировой хореографии. Иметь этот балет в своём репертуаре могут позволить себе только высокопрофессиональные труппы. В спектакле есть и «белая классика», и характерные, и гротесковые танцы. Одним словом, это во всех смыслах слова монументальный балет…

Так что, наверное, тем, кому повезло достать билет на фестиваль и впрямь обеспечен праздник. Мне повезло. А значит, нашим читателям тоже: обещаю написать, сбылись ли ожидания. Нуриевский стартует 10 мая, ждать осталось недолго.


Зиновий Бельцев


Фотографии: Владимир Васильев
Новости от партнеров
Комментарии
Комментарий не более 500 символов.
Введите цифры с картинки
Все новости