​Константин Райкин: «Это еще Пушкин заметил, что у нас мертвых любят больше, чем живых!»

01 ноября 2016
Культура

В Казани с моноспектаклем-концертом «Самое любимое» выступил Константин Райкин. После нашумевшей речи на съезде Союза театральных деятелей России публика гадала – выскажется ли актер на общественно-политические темы или не будет отходить от плана спектакля. Впрочем сам формат выступления, который больше походил на творческий вечер, предполагал свободу общения. Константин Райкин поговорил с казанцами о власти и интеллигенции, политике и «неполитике».

Недавнее выступление Константина Аркадьевича Райкина на съезде Союза театральных деятелей наделало много шуму. Слова о возвращенной фактически цензуре, затхлой атмосфере в стране, тяжелых временах для культуры, когда власть снова «разговаривает с нами фактически сталинским лексиконом», а мы, деятели культуры «сидим и слушаем это», «мы клевещем, доносим, и опять хотим в клетку» – слова эти произвели взрыв, хоть и стараются сейчас его всячески погасить, «отредактировать повестку», что называется. Связать с тяжелым материальным и финансовым положением возглавляемого Райкиным театра «Сатирикон» – даже министр культуры выступил: «денег дадим», а в интернете сочинили уже гнусную фотожабу из четырех фотографий. На первой Мединский объявляет «денег нет», на второй Райкин задвигает свою речь, на третьей министр говорит, что деньги найдут, на что Райкин отвечает подобострастной осклабившейся улыбкой.

Но все же, как бы ни пытались «замазать» повестку, как бы ни говорили иные, что ничего тут нового нет – реакция на речь оказалась очень бурной, от пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, лидера байкеров Хирурга и главы Чечни Рамзана Кадырова с одной стороны – до Андрея Звягинцева, Владимира Познера, Евгения Миронова и прочих с другой. Наконец, 27 октября в Новосибирске перед концертом Райкина появились и молодчики с плакатами: «Свободу от государственного финансирования К. Райкину, трубадуру вседозволенности в искусстве». Итак, резонанс вышел нешуточный.

31 октября – Константин Райкин в Казани. После всех событий анонсированный сильно заранее творческий вечер Константина Аркадьевича неожиданно приобрел актуальный общественно-политический контекст. Поэтому или нет – но близ здания Татарской филармонии не осталось ни одной афиши, напоминающей о концерте Райкина, хотя по городу они продолжали висеть. Оказавшись на концерте зрителем, я все ждал (может, не единственный), будет ли прославленный актер и режиссер возвращаться к теме своего выступления, тем более, что формат это вполне допускал: затемненная сцена. Микрофон. Человек у микрофона.

Но сначала – ничего не предвещало. Это был просто творческий вечер, и Константин Райкин читал стихи в своей манере, выработанной еще в пору студенчества и известной зрителям по старым телевизионным записям, с неповторимой мимикой бритого наголо чеширского кота и разлетающимися руками а-ля какой-нибудь Пьеро. Райкин читал стихи Давида Самойлова, который оказался очень удачен именно для театральной инсценировки – ибо публицистичен и высказывался на самые разные темы. Стихи про балаган и скоморохов, про детство и старую Москву, которой нынче нет, позволили Райкину как бы представить себя… А затем, пошли стихи на темы «скомороха и церкви», про «гения и рынок», наконец, про «политику и поэта». Случайно или нет, но та самая актуальная повестка дня, в которую оказался вовлечен и Райкин в т. ч. и в последних своих выступлениях – начала прорываться в стихах.

По тусклым дорогам идут скоморохи,

По главному шляху, по малой дороге.

Отвергнуты церковью, признаны Богом

По русским дорогам идут скоморохи...

А после стихотворения про Христа, заканчивающегося словами: «Бунтуйся же, Христос! Гони евангелистов и на Голгофу поднимайся сам!» – вдруг спросил зал: «Резковато да? Какие-то робкие аплодисменты. А он вообще такой, этот поэт Давид Самойлов, резкий и мудрый». Наверное, кто-то мог бы адресовать такие эпитеты самому Райкину. Каждое стихотворение он читал как бы отдельно, потом отступал на шаг, давая прозвучать аплодисментам, часто при этом закрыв лицо руками, как бы смывая прежний образ и надевая новую маску (как тут не вспомнить его отца, знаменитого комика, работавшего с масками Аркадия Исааковича Райкина).

От темы религии (боязней, что «резковато», для кого? Для «чувств верующих»? Но Райкин и по этим пресловутым якобы «чувствам» прошелся в своей речи), переход непосредственно к политическим темам. Стихотворение «Пестель, поэт и Анна».

– О, да, – ответил Пестель, – если трон
Находится в стране в руках деспота,
Тогда дворянства первая забота
Сменить основы власти и закон.
– Увы, – ответил Пушкин, – тех основ
Не пожалеет разве Пугачев...
– Мужицкий бунт бессмыслен... –
За окном
Не умолкая распевала Анна.

Или вот стишок про старца Федора Кузьмича, превращенного Самойловым в эдакого антизападного кликушу-проповедника:

На нас, как ядовитый чад,
Европа насылает ересь.
И на Руси не станет через
Сто лет следа от наших чад.
Не будет девы с коромыслом,
Не будет молодца с сохой.
Восторжествует дух сухой,
Несовместимый с русским смыслом.

И все же – это ведь всего лишь стихи, в которых можно и не искать потаенных смыслов. В конце концов, звучало ведь на концерте не только про политику, читался, например, отрывок из поэмы «Цыгановы» про борщщщщ и квас, который сам Райкин аттестовал как этакое «советское раблезианство». Будет ли произнесено в Казани слово от самого Райкина, не прикрывающееся высокой поэзией? И оно случилось, это слово, во время представления Константином Аркадьевичем очередного поэта для своей программы – Николая Заболоцкого. Неожиданно актера прорвало… (Передаю речь по памяти, ибо записывать весь концерт в ожидании каких-нибудь брошенных слов – дело совершенно невозможное):

– Такая у Заболоцкого была тяжелая жизнь, и не у него одного, у всех поэтов, и XIX века, и XX, а потом мы называли их именами улицы, города, мы учили по ним русский язык… Гумилева расстреляли, Есенин повесился, Цветаева повесилась, Маяковский застрелился… Это я только лучших называю! Пастернака сделали изгоем! Бродского выслали. Мы гнобим, уничтожаем!.. Только агрессия, злоба, ненависть к поэтам у «большинства народа», потому что они были не такие как все, потому что их не понимали! А это были наши лучшие, наши блестящие люди! Зато, когда Заболоцкий умер – его назвали «большим советским поэтом» и этого никогда не было при жизни! У нас некрофильское государство! Это еще Пушкин заметил, что у нас мертвых любят больше, чем живых! И нет никакого покаяния! И все это продолжается! И снова сейчас эти тучи над страной! И очень часто именно власть это начинает, власть это инициирует, эту кампанию травли, и потом значительная часть народа это подхватывает…


...Стало понятно, что от слов, произнесенных на съезде, Райкин не только не отказывается, но что продолжает мучить его эта тема. Он прочитал стихотворение Заболоцкого про птичий двор и этих привыкших к униженному состоянию и к тому, что их периодически режут – птиц, которые, однако, не улетают. Он прочитал стихи Николая Рубцова, предварительно представив поэта, и показав, что он очень хорошо, детально знаком с его биографией. Прочитал, в частности, стихотворение про козу и народ: «Побежала коза в огород. Ей навстречу попался народ. Как не стыдно тебе, егоза? – И коза опустила глаза». Потом был Мандельштам. Райкин вспомнил, как его отцу привезли изданное в Америке собрание стихов Мандельштама, и они ночью украдкой читали друг другу стихи, нечего было и думать, чтобы прочесть это со сцены. Наконец, Константин Аркадьевич прочитал единственный отрывок из Лопе де Веги в переводе М. Донского, особенно выделив слова: «Любовь, сплотив людей в народ, жить учит мирно и достойно», как бы подчеркивая, что любовь, а никак не агрессия – сплачивает людей в народ.

Второй повод для разговора дал актеру Пушкин:

– У нас выбор небольшой, у нас времена бывают трудные и очень трудные… Но вот Пушкин умел в своей совсем не радостной жизни находить кусочки радости и раздувать их до размеров счастья. Пушкин никогда не был просто легкомысленным, его кажущееся легкомыслие есть на самом деле такое утверждение жизни. У нас сейчас столько политики, у нас сейчас считают, что все сводится к одной политике, к ценам на нефть, и только подлинные гении, наши поэты, видят и показывают еще и другую сторону жизни, которая не политика, которая не вписывается, не подпадает, ради которой стоит жить. Посмотрите у Пушкина: «Краев чужих неопытный любитель и своего всегдашний обвинитель», еще раз обратите внимание на эти слова! Но как заканчивается:

Отечество почти я ненавидел –
Но я вчера Голицыну увидел
И примирен с отечеством моим.

Кто-то умный сказал: «Счастье – это не конечная станция, это способ поездки». Пушкин учит нас быть счастливыми, даже в трудные времена. Спасибо вам, дорогие зрители, вы – такие молодые, я вижу здесь столько лиц уже пожилых, но вы так хорошо следили за стихами, такими разными, это была очень сложная программа, – что вы, конечно, молодые зрители, в том смысле, в котором говорил об этом комедийный актер в гетевском предисловии к «Фаусту». Как-то мне Леонид Осипович Утесов сказал: «Учти, старик – а мне было лет восемь тогда – учти, старик, молодость приходит с годами!»

Бурные аплодисменты, переходящие в овации.


Айрат Бик-Булатов.

Комментарии

  1. Ольга Юхновская 3 года назад
    Спасибо Айрату за великолепный репортаж. Вселил!
  2. Евгения 3 года назад
    Три года назад была на концерте Райкина в Питере, и там он тоже говорил (и примерно теми же словами) о несчастливой судьбе поэтов в России. Так что это не "тренд сезона" у него.
  3. Айрат Б-Б 3 года назад
    Вполне допускаю, что не тренд, тем более с этой спектакльной формой он ездит давно, видоизменяя его под своё настроение, состояние, как он сам пояснял в других интервью. Ну вот - сейчас у него такое состояние, что хочется сказать лишний раз "тучи сгустились над страной" и "власть это инициирует", это проговаривается в монологах, возможно и заготовленных, о судьбах поэтов.

  4. Айрат 3 года назад
    оно и верно, но и с "зазором". Райкин в интервью татар-информу говорит, что спектакль (или как бы это не называть) существует давно, но постоянно видоизменяется вместе с ним (добавляются или уходят стихи, настроения). И вот сейчас видимо, такое настроение и состояние, когда хочется Райкину сказать "тучи сгустились над страной" и "власть инициирует". И важно, что он это говорит на фоне развивающегося скандала, когда теперь всё делают, чтобы его погасить, притушить, в т.ч. и команда Райкина - тщательно выверяют слова, фильтруют журналистов и проч.Он всё-таки это проговаривает.