Наскальный экстремизм

29 июля 2016
Общество

Вахитовский районный суд Казани на протяжении уже пяти месяцев рассматривает уголовное дело об экстремистских надписях, сделанных в Казани в конце 2014 – середине 2015 годов, и публикациях в соцсетях. По мнению следствия, публикации «направлены на продвижение идей сепаратизма, национального экстремизма, а также на возбуждение национальной вражды». «Казанский репортер» подробнее рассказывает об этом деле.

В Вахитовский районный суд Казани еще 13 марта поступило уголовное дело в отношении 43-летнего Мансура Мусина и 30-летнего Эмиля Камалова, которые, по мнению следователей, на протяжении продолжительного времени рисовали на казанских зданиях экстремистские надписи. Первое судебное заседание состоялось еще 31 марта. С того времени прошло 20 заседаний, включая сегодняшнее.

В управлении Следственного комитета России по Татарстану ранее рассказали, что уголовное дело завели еще в декабре 2014 года после появления первого граффити в Казани, которое, по данным следователей, было «направлено на продвижение идей сепаратизма, национального экстремизма, а также на возбуждение национальной вражды». Тогда дело завели лишь по статье 214 Уголовного кодекса России – «вандализм».

Следственный комитет выяснил, что Мусин и Камалов состоят в националистическом сообществе «Правые татары» в социальной сети «ВКонтакте» и являются «сторонниками националистических и сепаратистских идей». В одном из гаражей Мансура Мусина правоохранители нашли аэрозольные баллоны с краской, литературу и плакаты экстремистского содержания.

Кроме того, следователи установили, что Мусин в одной из социальных сетей анонимно «занимался систематическим распространением утверждений о необходимости выхода Татарстана из состава России, призывов к осуществлению экстремистской деятельности на территории республики, к возбуждению национальной розни, а также изображений нацистской символики и высказываний, побуждающих к осуществлению насилия по отношению к представителям государственной власти и на национальной основе».


Мансур Мусин.

Выяснилось, что на Мусина и Камалова в 2015 году вышли сотрудники УФСБ России по Татарстану. С августа прошлого года Мусин находится в СИЗО, а Камалов – в казанской психбольнице специализированного типа с интенсивным наблюдением МЗ РФ, поскольку его признали невменяемым.

Мансура Мусина обвиняют по статье 280 УК РФ – «публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности» и по статье 282 УК России – «возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства».

О НАДПИСЯХ

Два года назад, летом 2014-го, в Казани, на пересечении улиц Ахтямова и Тукая, на заборе появилась надпись «Смерть русским», а осенью того же года на здании мечети «Нурулла» обнаружили еще одну надпись – «Фаритик, пупсик, люблю. Лена». В декабре 2014 года пострадал и храм-памятник павшим русским воинам на Казанке – неизвестные нанесли сразу несколько надписей: «1552», «Татар уян», «Лена, зачем ты крестила наших детей. Твой Ильфатик» и «Азатлык».


Фото: kazan.mk.ru

Через несколько дней на стене дома по улице Декабристов появилась еще одна надпись – «Батырша, вернись! Спаси свой народ!». Спустя пять месяцев, в апреле 2015 года, недалеко от театра имени Галиаскара Камала написали «Свободу Кашапову и Савченко! Путина – в Гаагу!». После этого на одном из зданий КФУ обнаружили надпись «Русские свиньи, уезжайте», а в конце мая 2015 года от неизвестных пострадал подземный переход на площади Тысячелетия – там появились следующие надписи: «Свободу Рафису Кашапову!», «Смерть оккупантам!», «Долой московско-чекистскую хунту!», «Свободу татарскому народу!».

Напомним, летом прошлого года Набережночелнинский суд признал председателя местного отделения Всетатарского общественного центра Рафиса Кашапова виновным по части 1 статьи 282 УК России (возбуждение ненависти или вражды) и по части 2 статьи 280.1 (публичные призывы к сепаратизму) и приговорил его к трем годам лишения свободы в колонии общего режима за четыре опубликованных на его странице «ВКонтакте» материала с заголовками «Крым и Украина будут свободны от оккупантов!», «Вчера Гитлер и Данциг, сегодня Путин и Донецк!», «Где Россия, там слезы и смерть», «Защитим Украину и весь тюркский мир». Отметим, что автором последней публикации является не Рафис Кашапов, а его брат Нафис, который эмигрировал из России в 2005 году.

Летом прошлого года на Кремлевской дамбе крупными буквами написали «Слава Украине! Героям слава!». В середине июля 2015 года на улице Щапова на одном из зданий появилась надпись «Свободу Рафису Кашапову! Путина – в Гаагу». В начале августа прошлого года – новая надпись уже на здании КНИТУ-КХТИ на Карла Маркса – «Смерть жидам и русне, слава булгарской весне!». Уже в конце 2015 года на Ямашева написали следующее: «Умрите, русские ублюдки!!!»

Из всех указанных выше надписей Мусину и Камалову вменяют не все – надписи «Смерть русским» и «Умрите, русские ублюдки!!!» в дело не вошли.

Отметим, что фактически инициатором этого уголовного дела стал председатель Общества русской культуры Михаил Щеглов. В начале прошло года он обратился в прокуратуру с требованием возбудить уголовное дело за осквернение храма-памятника на реке Казанка, однако тогда прокуратура отказала в удовлетворении такого требования, ссылаясь на заключение экспертизы, которая показывала, что экстремизма в тех надписях нет. Однако по результатам очередной экспертизы было принято решение все-таки возбудить уголовное дело.

После одного из судебных заседаний Щеглов заявил, что в суде «происходит театр абсурда», поскольку, по его мнению, «мера вины Мусина завышается». «Я понимаю, что тут многое притягивается за уши, и мы видим, как человека перемалывает машина», – сказал Щеглов.

О СВИДЕТЕЛЯХ

Супруга Мусина, Рамзия заявила в суде, что узнала о надписях только из материалов дела. Кроме того, она пояснила, что Мусин «за 17 лет брака» никогда не участвовал в митингах и других общественных акциях, «тем более националистического или сепаратистского толка».

Рамзия Мусина также дала понять, что не знакома с Эмилем Камаловым, но слышала о нем, поскольку он работал у них в подвале. Кроме того, супруга обвиняемого после прочтения материалов уголовного дела сделала вывод, что «там вообще какие-то небылицы».

– У меня за время брака не было ни единого нарекания к мужу. Он прекрасный сын, муж и отец. Привил детям любовь к чтению, всегда помогал с учебой по химии, физике, – показала свидетель.

Что касается гаража, в котором у Мусина обнаружили экстремистские листовки и аэрозольные баллончики, то супруга обвиняемого настаивала на том, что гараж всегда был пуст и им не пользовались.

На одном из судебных заседаний выступил и Михаил Щеглов. Весь опрос сводился к тому, видел ли он экстремистские надписи на казанских зданиях и знаком ли с Мусиным. Щеглов говорил, что не знаком, а практически все надписи из уголовного дела видел либо в интернете, либо лично. Такую же процедуру прошла и другой свидетель – Мария Кремлева.

Кроме того, на суде выступал и другой свидетель, эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов, который внимательно следил за появлением экстремистских надписей в Казани. По его мнению, такие граффити – это попытка спровоцировать на определенные действия, а также романтизировать и героизировать определенные политические личности или разжечь ненависть.

Мнение Сулейманова заинтересовало обвиняемого Мансура Мусина. Он поинтересовался, может ли «разноплановость надписей свидетельствовать о не очень стабильном состоянии людей, которые их писали?». Раис Сулейманов в ответ на это поделился мнением, что когда человек совершает такие действия, «он либо преследует определенную цель, либо делает это в состоянии аффекта». Свидетель пояснил, что «склоняется к первому» варианту.

– Вам известно, что по этому делу обвиняется невменяемый человек, а меня обвиняют только в том, что я был с ним знаком? – задался вопросом Мусин. Ранее он заявлял, что считает себя невиновным, поскольку не писал указанные в уголовном деле надписи.

– Мне это известно из СМИ. И Камалова я тоже не знаю, – пояснил Сулейманов.

Сегодняшнее судебное заседание не состоялось по причине болезни адвоката Мансура Мусина – вчера он сообщил суду, что был госпитализирован с диагнозом «острый панкреатит». Мусин сообщил, что хочет, чтобы его интересы продолжил представлять его адвокат, а гособвинитель попросил суд объявить перерыв. Судья Артем Идрисов так и поступил.

На прошлых заседаниях адвокат Мусина и гособвинитель от комментариев отказывались.


Вадим Мещеряков.

Новости от партнеров
Материалы по теме
Пожар в ТЦ «Адмирал». Приговор для 12 осужденных и невинный миллиардер в базе СКР
10:05, 5 мая
Общество
Семена под дверью судьи в Казани превратились в дело о колдовстве ценой 500 рублей
10:05, 5 мая
Общество
Полицейский отстреливался от четверых напавших. Видео стрельбы предъявили суду
02:10, 10 октября
Общество
​Дело жителей поселка Мостоотряд-3 дошло до суда
03:07, 7 июля
Общество

Комментарии