$ 59,27
69,66
Казань +1 °C

Это 90-е, Инде

9 марта 2017 | Мнение

После выставки «Билгесез үткән заман: проект музея новейшей истории Татарстана» и статье о ней в «Казанском репортере», которая привела к дискуссии в среде казанских интеллектуалов, искусствовед Гузель Файзрахманова дает свою рецензию нашумевшему проекту.

Пару дней назад в социальной сети Facebook возникла довольно любопытная дискуссия вокруг выставки «Билгесез үткән заман: проект музея новейшей истории Татарстана» и статьи о ней в «Казанском репортере». В споре сошлись сторонники автора статьи – журналиста «Казанского репортера» Айрата Бик-Булатова и их противники – сотрудники журнала «Инде» и их друзья. Главный редактор журнала и по совместительству куратор выставки Феликс Сандалов посчитал статью «тенденциозной» и, упрекнув автора в неточностях при цитировании его прямой речи, потребовал опровержения. Впрочем, не будем уделять много внимания пересказу сетевого конфликта, попробуем разобраться в сути самой выставки.

Коллектив авторов выставки достаточно большой. Трудилось над ней много народу, но результат оказался весьма скромный: выставка компактная, артефактов мало. Напоминает она типичный школьный музей, где в качестве экспонатов в основном представлены вырезки из газет, фотографии неважного качества и пара-тройка личных вещей. Справедливости ради следует упомянуть, что авторы выставки пишут в аннотации проекта о том, что «выставка устроена по принципу work in progress, и экспозиция будет непрерывно дорабатываться и расширяться».

Однако у меня как зрителя сразу возник вопрос: что побудило авторов проекта представить на суд публики работу в процессе? Почему нельзя было собрать полноценный, разнообразный материал в большем объеме и уже тогда непременно организовывать выставку? Кто вынудил или заставил эту увлеченную 1990-ми годами команду открыть выставку непременно 4 марта?

Лично я думаю, что такой результат получился потому, что у кураторов проекта не было опыта организации масштабных выставок. Да и не масштабных, к сожалению, вероятно, тоже. Быть куратором не так просто, как кажется на первый взгляд неофитам – надо иметь навыки работы. Мало привлечь к проекту энтузиастов, надо, чтобы они обладали знаниями о том, как строится выставка.

Безусловно, выставки бывают разные, существует различная методология их проведения. Но у всех выставок – будь то выставка-исследование, выставка-репрезентация и т.д. – есть одно общее качество: они должны быть визуально убедительны. Поскольку артефакты находятся в пространстве, его нужно организовать правильным образом, чтобы обеспечить соотношение текстовой части с иллюстративной – с самими артефактами-экспонатами. Идея проговоренная-прописанная должна быть подкреплена визуально, тогда лишь возникнет необходимый эффект. Это все азбучные истины – для тех, кто в профессии не первый год.

Прочитав вчерашний пост Феликса о выставке, получила подтверждение своим размышлениям: куратор проекта просто первый раз делал выставку, многое было для него открытием. Что процесс монтажа, который он называет подвигом, – нормальная практика для любого музея или выставочного центра, текущий рабочий процесс в формате аврала. Что видеоинтервью шести человек, несколько изданий, плакатов и фотографий – это не многочисленные свидетельства той эпохи (со слов Феликса), а небольшая часть формирующейся «in progress» коллекции.

И вот это самолюбование, желание получить лишь восторженные отзывы от первой в своей жизни выставки сводит на нет все усилия команды по формулировке проблемы, по структурированию – интересному и объективному – разделов экспозиции, по привлечению свидетелей эпохи и проч. Мой совет молодым интеллектуалам: не торопиться пожинать лавры, а поработать сначала, собрать материал – вообще-то подобная выставка, культурологическо-историческая, готовится по определению, не пару месяцев, а гораздо дольше – и только потом презентовать плоды своих исследований публике.

А пока получилось журналистское исследование в обычном для такого формата объеме. Как это часто бывает в журналистике – побеседовали с несколькими экспертами, взяли пару-тройку интервью, подобрали наспех иллюстрации к статье, и выпустили материал. Не важно, что при этом написали, что он пока в эскизном варианте. Тогда и не надо обижаться, что эскиз начинающего художника, так сказать, сразу не закупили в коллекцию Лувра.

Но это все претензии к форме. У меня еще возникли некоторые замечания по содержанию проекта. Главное замечание такое: как можно рассуждать о 1990-х без репрезентации политической темы? Об этом авторы проекта прямо заявляют в аннотации: эта выставка – «фантазия на тему того, каким бы мог быть татарстанский институт, подобный екатеринбургскому «Ельцин-центру», но без политической окраски».

Позвольте, какие же события были главными в 1990-е, в том числе и в Казани? Надеюсь, все понимают, что не только рок-концерты? Налицо явное противоречие, тем более, что в экспозиции присутствует раздел «Батыр на распутье», в котором повествуется об истории суверенитета Татарстана, о работе по созданию Конституции, представлено само ее издание и паспорт с той самой страницей с изображением герба, из-за которой у многих татарстанцев возникали проблемы за пределами границ республики.

Понятно желание авторов уйти от политики – никому не нужны проблемы, но тогда, может быть, не стоило и браться за тему о 1990-х? Потому что забавными историями о переписке с помощью пейджеров и продаже чебоксарских колготок, разложенными на подиуме малиновым пиджаком и шапкой «Петушок» не обойдешься. Еще одна неудобная тема – тема всплеска национализма проскользнула в интервью некоторых непосредственных свидетелей того времени, но в экспозиции о ней ничего нет. Раскрыть подоплеку этих явлений – такой задачи у авторов проекта не было, а жаль.


Поэтому серьезно оценивать эту попытку музея сложно. Пока он остается декоративным собранием внешних признаков драматических, а для некоторой части общества и трагических событий. Не хватает аналитического подхода, чтобы можно было говорить о действительно важном, социально-значимом проекте.

Но не только досадные недостатки имеются у данной выставки – хочется отметить по-настоящему важный и удачный момент – интервью свидетелей эпохи. Каждый раздел выставки дополнен видеокомментариями Ильгизара Хасанова, Радифа Кашапова, Артема Силкина, Светланы Федотовой, Андрея Питулова, Дмитрия Шмелева. В их рассказах казанские 1990-е предстают во всей своей сложности и противоречивости, благодаря им возникает чувство времени.

Будем надеяться, что музей новейшей истории Татарстана на самом деле возникнет – пусть даже и в формате сайта, и что коллекция свидетельств и экспонатов будет расти. Начинание-то хорошее, и нужное. Как пишут об этом сами авторы проекта в финале аннотации: «От прошлого, каким бы оно ни было, не нужно отмахиваться. Только проникнувшись им, можно двигаться вперед».


Гузель Файзрахманова.

От редакции: «Казанский репортер» также предложил куратору выставки Феликсу Сандалову слово и место на страницах нашего издания, для прояснения своего видения выставки, однако пока не получил обещанного текста.

Фотографии: Инде
Комментарии
Комментарий не более 500 символов.
Введите цифры с картинки
Все новости
Loading...