$ 59,66
63,72
Казань -9°C

​А музыка звучит всем модам вопреки…

13 декабря 2016 | Культура

В эти дни кафедра народных инструментов Казанской государственной консерватории имени Назиба Жиганова отмечает свое 55-летие. «Казанский репортер» попытался выяснить, каких высот достигли ее ученики за это время, пишут ли сейчас произведения для народных инструментов и насколько широки их творческие возможности.

– Наш коллектив возник в 1961 году, чтобы готовить кадры не только для Казани, Татарстана или Поволжья, но и для всей страны, – голос открывавшего праздничные торжества профессора Валерия Яковлева звучал, как сказали бы музыканты, maestoso, торжественно и величаво. – Среди тех, кто учился и учится на кафедре множество лауреатов и дипломантов международных, всероссийских и региональных конкурсов и фестивалей. Конкурс на наше отделение традиционно высок – более двух человек на место.

Слушая его, я вдруг поймал себя на мысли, что практически ничего не знаю о современных профессиональных исполнителях на народных инструментах. В советские годы телевидение нет-нет да и показывало передачу про них или даже транслировало концерт из зала имени Чайковского – одного из крупнейших концертных залов Москвы, а сейчас не то что балалаечники или баянисты, но и исполнители на классической гитаре редко появляются в средствах массовой информации.

А ведь на концерты таких гитаристов-виртуозов как Дмитрий Четвергов, Виктор Зинчук, Сергей Маврин, Леван Ломидзе, Дмитрий Малолетов, баянистов и аккордеонистов Валерия Ковтуна, Сергея Войтенко, Дмитрия Храмкова, Петра Дранги, Владимира Данилина, балалаечников Алексея Архиповского, Дмитрия Калинина, Александра Мурзы, Андрея Горбачева или французского виртуоза Миши Черкасского, играющего на инструменте русского балалаечного мастера Марка Купфера (за всю свою жизнь он смастерил всего лишь шестнадцать балалаек, каждая из которых уникальна, как скрипки Антонио Страдивари и столь же бесценна), выстраиваются длиннющие очереди во многих странах мира.

Что же вдруг случилось с нами? Почему диапазон наших музыкальных интересов стал настолько узок? Уж не пытаемся ли мы в погоне за «историческими корнями» вернуть самих себя в те невыразимо далекие времена, когда те же самые балалайки считали бесовскими инструментами? Царь Алексей Михайлович, например, в 1648 году велел инструменты сжигать, а скоморохов, играющих на них, наказывать телесно: «А где объявятся домры, и сурны, и гудки, и гусли, и хари, и всякие гуденные бесовские сосуды, и ты б велел взымать и, изломав те бесовские игры, велел сжечь. А которые люди от того ото всего богомерскаго дела не отстанут и учнут впредь такова богомерскаго дела держаться, и по нашему указу, тем людям велено делать наказанье... велели бить батоги... а объявятся в такой вине в третие и в четрёртые, и тех, по нашему указу, велено ссылать в Украйные городы за опалу»

Не так ли поступают и нынешние журналисты, вычеркивая из круга своих тем народные инструменты?

Своеобразным подведением итогов более чем полувековых достижений кафедры стал концерт оркестра народных инструментов Казанской государственной консерватории в Большом концертном зале имени Салиха Сайдашева. Вот на него-то и решил я пойти в поисках ответов на возникшие у меня вопросы.

– А будет ли там что-нибудь интересное? – скептически усмехались мои коллеги. – Небось, одна этническая музыка…

Ну не прижился у нас почему-то термин worldmusic – «музыка мира», в нашей речи чаще звучит ethnicmusic, в английском языке исторически описывающий линейку музыкальной продукции, выпускаемой специально для восточных рынков и для эмигрантов из стран Востока. Пренебрежительно так, сквозь кривизну губ звучит: не модно, мол, это сегодня…

А как же тогда быть с наследием Антонина Дворжака, Золтана Кодаи, Рихарда Штрауса, Мануэля де Фалья, Эитура Вилла-Лобуша, Игоря Стравинского и многих других композиторов, опиравшихся в своем творчестве на народную музыку? Кстати, пишут ли современные композиторы что-нибудь для народных инструментов в классических жанровых формах?

Последний вопрос я адресую одному из молодых преподавателей кафедры народных инструментов, лауреату многих международных конкурсов, известному в стране гитаристу Михаилу Нагорнову.

– Конечно пишут, – почти не задумываясь отвечает он. – Виталий Харисов, Ефрем Подгайц, Георгий Шендерев, Рафаил Бакиров, Александр Цыганков. Шамиль Тимербулатов написал концерт для баяна. «Танец джигитов» Фасиля Ахметова и марш «Родной край» Мирсаида Яруллина были написаны специально для оркестра народных инструментов.

Понимаю, что перечень будет долгим и перехватываю инициативу разговора:

– А что вообще можно играть на народных инструментах, есть ли какие-то ограничения в репертуаре?

– Ограничения в репертуаре обусловлены, прежде всего, возможностями инструментов, и у каждого они свои. Есть музыка, которая может звучать, не противореча природе народных инструментов. Например, нам вполне доступны джазовые композиции, оперная музыка, романсы, эстрадные произведения.В репертуаре оркестров народных инструментов многие из произведений Чайковского, Брамса, Моцарта, Шнитке, «Венецианский карнавал» Паганини, «Половецкие пляски» Бородина... А вот, скажем, произведения Шопена не для нас. Вообще, музыка, написанная для рояля, не звучит в переложениях. Транскрипции занимают важное место и в программах многих гитаристов: это и оркестровые произведения, и фортепианные, и клавесинные, и скрипичные… Гитара всегда была очень близка к народу и проявлялась в разных качествах – в авторской песне, в аккомпанементе при исполнении романсов, в музыке андалузских цыган «фламенко», в рок-группах. На самом деле ей подвластны все жанры, она многогранна, и диапазон репертуара может быть очень широк. В моем сегодняшнем репертуаре произведения от эпохи барокко до пьес современных композиторов. Как-то так получилось, что широкому зрителю почти вся музыка, написанная для классической гитары, малоизвестна. Не знаю, может, возраст у меня такой, может, время такое, но сейчас мне больше по душе романтизм, и мой любимый композитор – Франц Шуберт, человек высочайшего дарования с удивительной и сложной судьбой.

На концерте оркестра народных инструментов Казанской государственной консерватории Михаил Нагорнов исполнил финал известного концерта Хоакино Родриго «Фантазия для Джентльмена». Завершается «Фантазия для благородного рыцаря» (таково оригинальное название произведения великого испанца) огненным танцем «Канарио», превратившимся в исполнении гитариста в волшебный поток непрерывно меняющегося тембрового освещения, необычных и прекрасных звучаний.

Впрочем, на концерте трудно было выделить какого-либо одного исполнителя. Каждый, кто выходил солировать на авансцену или оставался звучать в ансамбле оркестра, обладал своеобразной манкостью и неповторимым мастерством.

– В чем же секрет мастера? – поинтересовался я у собеседника.

– Так я вам его и открыл, – улыбнулся он. – А если по-серьезному, лично я в работе с учениками в первую очередь стараюсь привить им потребность заглянуть немного дальше названия произведения и фамилии композитора, узнать больше об эпохе, когда было написано произведение, о том, что происходило в этот период в живописи, архитектуре, литературе…

На кафедре традиционно обучают игре на балалайке, домре, баяне и гитаре. Программа концерта дала возможность услышать голос каждого из этих инструментов.

Ансамбль балалаечников Казанской государственной консерватории под руководством доцента кафедры народных инструментов Артема Усова развеял миф о простоте этого инструмента, сыграв вариации на тему татарских народных песен Рафаила Бакирова.

Стремительные переходы от piano к forte и от тонкого лиризма к неудержимой экспрессии и искусное владение инструментом преподавателя по классу домры Зарины Шамсутдиновой оказались сопоставимы с покорившей мир техникой пианиста Дениса Мацуева. «Дума об Украине» из «Славянского концерта» Александра Цыганкова прозвучала в ее исполнении как философское размышление о судьбе братского народа: о сокрушительных ураганах в Крыму, о войне в Донецке и Луганске, о кризисе политической власти – и о великой истории украинцев, подаривших миру пианиста Владимира Горовица и борца Ивана Поддубного, танцора Сержа Лифаря и романиста Чака Паланика, поэта Тараса Шевченко и писателя Михаила Булгакова…

Аккордеонист Антон Попов, преподаватель консерватории, не раз выступавший в качестве солиста с Государственным симфоническим оркестром РТ, с камерным оркестром «Ренессанс» и с оркестром народных инструментов Казанской государственной консерватории, подарил слушателям самбу «Рио» Валерия Ковтуна. Зажигательные ритмы бразильского танца и обаяние музыканта смогли покорить сердца самых взыскательных критиков, сидящих в этот вечер в зале.

Специфику исторической «раздвоенности» баяна, его жанровый полиморфизм и принадлежность одновременно сферам народно-инструментального искусства и камерно-академической музыки продемонстрировал студент четвертого курса Казанской государственной консерватории сразу по двум специальностям – «Баян» и «Дирижирование оркестром народных инструментов» – Сайдаш Фахразиев. Хорошо известный за пределами Татарстана лауреат международных конкурсов, он смог воссоздать всю мощь повествования «Волжских картин» Георгия Шендерева.

Национальный колорит концерту придала татарская гармонь: напевная грусть и любовь к отчему краю рождалась под быстрыми пальцами солиста оркестра народных инструментов «Казан Нуры» Булата Хисматова.

– Не скудеет талантами исполнительское искусство народников, – предвосхищая мой вопрос говорит Нагорнов. – Конкурс среди желающих обучаться стабилен, и география поступающих к нам довольно широкая: из Китая были студенты-баянисты, из Сирии парень сейчас учится в моем классе гитары.

Студенты консерватории – основной состав оркестра, художественным руководителем и дирижером которого с прошлого года стал доцент кафедры народных инструментов Рустем Рахматуллин. Элегантный маэстро смог сделать из концерта шоу, достойное показа на лучших телеканалах мира: штраусовская полька «Трик-трак» и андерсеновские «Синкопирующие часы» в его интерпретации вызывали в памяти знаменитые новогодние концерты Венского филармонического оркестра в Musikverein, а «Две мелодии Северной Осетии» Анатолия Тихонова – суровые горы Кавказа.

В XXI век музыканты-народники вошли не музейными экспонатами, не живыми иллюстрациями для лекционных повествований фольклористов. Их исполнительское мастерство и репертуар в своем развитии, быть может, опережает ставшие в последнее время чрезмерно популярными на телеканалах эстрадные коллективы. И все-таки в массовом обывательском представлении гармонь по-прежнему связана с деревенскими гуляниями, балалайка – с безудержной пляской, а гитара – с романсом и песней у костра. А ведь тот же Государственный оркестр народных инструментов Республики Татарстан под руководством Анатолия Шутикова, созданный на базе кафедры народных инструментов Казанской государственной консерватории, многие российские музыканты – Зураб Соткилава и Анатолий Соловьяненко, Леонид Сметанников и Артур Эйзен, Алибек Днишев и Иосиф Кобзон – называют визитной карточкой нашей республики, признавая за этим коллективом неоспоримые исполнительские достоинства.

Так почему же при полных залах и продолжительных овациях на гастролях в Австрии, Германии, Голландии, Италии, Южной Корее исполнители на народных инструментах оказались стертыми с музыкальной карты отечественных средств массовой информации? Этот вопрос пока так и остался для меня без ответа.

Зиновий Бельцев.

Фотографии: Лилия Агзамова
Комментарии
Комментарий не более 500 символов.
Введите цифры с картинки
Все новости
Казанский репортер: Внимание, поиск! Пропал человек
Казанский репортер на радио МиллениуМ. 107,3 FM
Loading...